Книга Красив. Богат. Женат, страница 90 – Ольга Рузанова

Выпуская дым из легких, отрицательно качаю головой. Маришка вполне ожидаемо напрягается.

— Нет?.. Ты ей не сказал? То есть…

— Спокойно, малыш… - перебиваю, вплетаясь пальцами в ее волосы на затылке, - не сказал, потому что сам принял это решение полчаса назад.

— Зачем приехал тогда?

Сорвался, вот и приехал. Тушу окурок, удерживая за волосы, запрокидываю голову Маришки назад. В ее глазах страх, взгляд плывет.

— Думаешь, передумаю?

— Я не знаю.

— Я завтра с ней поговорю.

Напряжение не уходит. Марина смотрит на меня, не двигаясь. А мне важно, чтобы она верила. Плевать на мнения всех вокруг, мне надо, чтобы эта девочка мне доверяла.

— Я. Завтра. С ней. Поговорю, – повторяю раздельно по слогам, - верь мне, малыш.

— И… она согласится на развод? – спрашивает тихо.

— Согласится.

Не сразу, но согласится. И тестю придется сделать то же самое.

Словно решая что-то для себя, Маришка отводит взгляд и закусывает нижнюю губу.

Бл*дь… как я скучал!.. С чего я решил, что смогу отказаться от нее? Она в меня корнями проросла, уже и не выдрать. И не собираюсь. Нах*й. Нах*й здравый смысл, принципы, бесконечное чувство долга, общественное мнение. Гори все синим пламенем.

Я тоже жить хочу.

Притягиваю ее, слабо сопротивляющуюся, к своей груди. Прижимаю трепетно, чувствуя, как колотится сердечко в груди. Глупая, не понимает, что значит для меня, что я сам впервые в жизни с подобным столкнулся. Наизнанку вывернула.

— Марина-а-а…

Блеск ее глаз слепит. Податливость, теплота ее тела сносят крышу. Надо же – так заклинило…

— Почему ты не приехал раньше?

— Ждал, что отпустит.

Заломив одну бровь, слабо улыбается. Целую ее в упрямые губы.

— Не отпустило, значит?..

— Не отпустило.

— Даже после… нее?.. – голосок внезапно просаживается, взгляд становится болезненным.

Хреновая идея, малыш. Не то, о чем я бы хотел с ней говорить, но врать в глаза ненавижу. И уж тем более ей.

— Даже после нее…

Мгновенно вспыхнув, она дергается и ударяет кулаком в мою грудь, но я обхватываю ее тело и фиксирую руки. Слышу сдавленное рыдание.

— Тшш… малыш, все… успокойся.

— Уххходи!..

— Успокойся!

— Катись к жене! – извивается как змея, все ногтями в меня вцепиться норовит.

— Тихо, я сказал! – рявкаю грубо, - на меня смотри!..

Вскидывает лицо и обжигает взглядом, как каленым железом, губы плотно сжаты, подбородок вздернут, а щеки мокрые.

— Меня слушай! – продавливаю ее голосом, - нет никакой жены… все… вот он я стою! Здесь!.. С тобой!.. К тебе пришел!..

Молчит. Не мигая, смотрит на меня. Больно ей, и я вдруг представляю себя на ее месте.

— С мальчиком-то твоим что? Про какую размолвку ты там болтала?

— Так… пустяки… один раз всего было, - проговаривает ровно, - просто для сравнения.

Врет. И я это вижу, но от этого не менее паршиво. Будто грудь крючьями вскрывает.

— Мне больно, Арсений… - шепчет, встряхивая головой.

Резко разжимаю пальцы, но Маришка не убегает. Потирая те места на руках, где я ее только что держал, продолжает сверлить взглядом.

— Прости… Но больше так не шути.

Фыркнув, резко разворачивается, ударяя меня хвостом по плечу. Хватаю за волосы и притягиваю к себе.

— Пусти.

— Нет никого, кроме тебя, ясно? И не будет!

Дико мне вот так перед малолеткой оправдываться и пытаться доказать серьезность своих намерений. Цирк Шапито, бл*дь.