Книга Не дразни меня, страница 102 – Ольга Рузанова

— Он.... - переводит дыхание, - Это он похитил их маму, Яра.

— Что?...

— Прости.

И без того окрашенный в серый мой мир в одно мгновение чернеет. Я ни секунды не сомневаюсь в её словах. Ужасно и подло с моей стороны, но верю Лене как самой себе. Шокирующая правда тут же укладывается в моей голове.

— Это она сама рассказала?

— Турок... то есть, твой отец сам признался. Екатерина Александровна подтвердила.

— Когда он признался?

— Незадолго до смерти.

— О, Господи!... - вырывается со слезами.

Я помню наши с Литовским последние дни посекундно. Его внезапные исчезновения, отстраненность и замкнутость. Почему он не пустил меня к себе в душу?! Он тоже мне не доверял?!

— Прости, Ясь. Наверное, Адам не хотел, чтобы ты знала.

— Он должен был рассказать мне!

— И Ян так считает, - поддерживает Лена, - Но Адам велел ему молчать.

— Он должен был мне рассказать! - вскрикиваю глухо, - Это и меня касается тоже!

— Он не хотел ранить тебя.

— И что?! Лена!... И что в итоге?! Он заставил меня ранить его!!!

Мне кажется, она начинает плакать, и ее тихий всхлип как отрезвляющая пощечина.

Я резко выдыхаю.

— Леночка, прости, пожалуйста! Я не хотела!...

— Нет - нет! - лепечет еле слышно, - Я тебя понимаю. Это ужасно!

— Спасибо, что рассказала! - восклицаю с пылом, - Ты мне очень помогла, правда!

— Я рада. Надеюсь, Адам не убьет меня за это!

Ярослава

Я дочь монстра.

Во мне течет кровь убийцы и насильника.

Желание Адама развестись и нежелание видеть меня становятся объяснимыми.

Положив голову на сложенные на руле руки, думаю. Мои планы относительно смены места жительства становятся более реальными.

У меня есть небольшие сбережения и дорогие вещи, которые можно быстро продать. Денег должно хватить на год аренды квартиры и покрытие первостепенных нужд. С работой, думаю, проблем не возникнет. С графическим дизайном я тоже знакома - небольшие заказы найти сумею.

Все не так страшно, если не брать во внимание сквозную дыру в груди. Но и она затянется со временем.

Однако прежде чем начать новую жизнь, я хочу увидеть Адама. Мне есть, что сказать ему.

Входящий на телефон вытягивает из плотного вакуума и заставляет пошевелиться. От долгого сидения на одном месте затекли мышцы.

— Ты где? - раздается в трубке требовательный мамин голос, - Киселев сказал, что встреча с адвокатом Литовского закончилась три часа назад.

Так давно?... Сколько я просидела в машине?

— У меня дела.

— Какие дела? Ты где?

— Дела... - проговариваю глухо.

— Какие у тебя могут быть дела в городе? Ты где? Ты спишь?!

— Оставь меня в покое. Я приеду, как только освобожусь.

— Я отправлю за тобой охрану, - давит мама.

— Только попробуй! Я тогда вообще не вернусь.

— Ты виделась с ним?

Не выдерживаю больше. Не могу. Кислорода не хватает, когда разговариваю с ней. Бросаю трубку и отключаю телефон.

Взяв из подставки картонный стаканчик с остывшим кофе и делаю небольшой глоток только для того, чтобы смочить горло.

Я не буду говорить с матерью о том, что произошло много лет назад. Если она не в курсе, то ей эта информация ни к чему. Зачем ей знать, что она всю жизнь любила подонка.

А если мама знала, то... подонки они оба.

Расчесав пальцами спутавшиеся волосы, собираю их в резинку и лезу в сумку по блеском для губ. Он не находится, потом заедает молния - меня начинает трясти от раздражения.