Книга Гринвуд: танцуй со мной или запрещённый прием, страница 13 – Ана Тихая

Мы зашли в зал. Я включила тот самый тяжелый трек.

— Итак, капитан. Смотри внимательно. Повторять не буду.

Я начала показывать связку: резкий кик, разворот на пятках, изоляция грудной клетки и быстрый уход вниз в «кошачью» проходку по полу. Это было сложно, технично и требовало идеального баланса.

Я закончила и обернулась к нему, ожидая увидеть замешательство.

Но Райан стоял, медленно снимая куртку. Под ней оказалась простая черная майка, подчеркивающая каждый мускул. Он выглядел... сосредоточенным. По-настоящему. Так, как он выглядит перед решающим вбрасыванием.

— Неплохо, — бросил он, разминая шею. — А теперь смотри, как это делает тот, кто привык бороться за каждый сантиметр пространства.

Он встал в позицию. И когда музыка ударила первым битом, я забыла, как дышать.

Он не был изящным. В его движениях не было моей текучести. Но в них была первобытная, звериная мощь. Он адаптировал хип-хоп под свою физику: прыжки были выше, удары руками — резче. Когда он ушел вниз, его мышцы на руках напряглись так, что стали видны вены. Это было грубо, сексуально и невероятно технично для человека, который никогда не занимался танцами.

Он закончил ровно в бит, остановившись в нескольких сантиметрах от меня. Его дыхание было тяжелым, от него исходил жар, и этот запах... льда и пота... он кружил голову.

— Ну что, тренер? — прохрипел он, глядя мне прямо в глаза. — Похоже, музыку выбираю я.

Я молчала. Я не могла признать поражение, потому что в этот момент я поняла нечто ужасное. Я не просто его ненавидела. Я была им восхищена. И это безразличие, которым я так гордилась, начало осыпаться, как старая штукатурка.

— Ты... ты схитрил, — выдавила я, пытаясь обрести голос. — Ты упростил переходы.

— Нет, Ева. Я просто сделал их по-своему, — он сделал еще шаг, прижимая меня к зеркалу. — Признай это. Ты проиграла. И теперь ты будешь слушать меня.

В этот момент дверь зала открылась. На пороге стояла Синди. Её лицо, и без того бледное, стало мертвенно-белым, когда она увидела нас — прижатых друг к другу в пустом зале, тяжело дышащих и охваченных этим странным, пугающим напряжением.

— Райан? — её голос сорвался на писк. — Что... что здесь происходит?!

Напряжение в зале можно было резать ножом. Райан медленно отстранился от Евы, но не отошел далеко, продолжая удерживать её в пространстве между собой и зеркалом. Его взгляд, брошенный на Синди, был холодным и пронзительным.

— Синди, ты разве не видела табличку «Идет репетиция»? — мой голос прозвучал спокойнее, чем я ожидал, учитывая, как бешено колотилось сердце после танца. — Мы с Новак обсуждаем условия нашего проекта.

— Условия?! — Синди шагнула в зал, и я услышал, как пакет в её руках зашуршал от того, как сильно она его сжала. — Ты прижал её к стеклу! Ты смотрел на неё так, будто... будто она единственная в этом здании! Райан, я ждала тебя у выхода сорок минут, а ты здесь, сней?

Я наконец полностью развернулся к Синди, закрывая собой Еву. Это вышло инстинктивно, как на льду, когда защищаешь своего вратаря.

— Я не просил тебя ждать, Синди. И я не обязан отчитываться, как провожу время по учебе. Уходи.

— Ты защищаешь её? — Глаза Синди наполнились слезами, которые вот-вот готовы были превратиться в истерику. Она перевела взгляд на Еву, и в нем вспыхнула такая ярость, что мне стало не по себе. — Ты, дешевая танцовщица! Думаешь, пара движений бедрами сделают тебя королевой Сент-Джуд? Ты для него — просто развлечение на один вечер. Он тебя раздавит и не заметит!