Книга Вечная вдова, страница 81 – Анна Морион

О, Господь, какое счастье, что Его Величество, его свита и его защитники сейчас там! Они не дадут Филипу и шагу ступить! Они убьют его, и в этот раз она, Альенора, не будет горевать по нему. Ее брат погиб во Франции, а этот мужчина, этот Филип, бы ей чужд и отвратителен.

— Знаете ли вы о том, что ваш дорогой Филип ночами ходит по замку и пугает всех, в нем живущих? – тихо сказала Альенора матери, когда Нортоны и граф Мюррей ужинали в большом, освещенном светом заката трапезном зале.

Филип отсутствовал. Посланная за ним Молли вернулась обратно в слезах. Когда Альенора с участием поинтересовалась, в чем причина ее слов, Молли ответила: «Сэр Нортон бросил в меня вазу, мисс… Я едва увернулась… И он оскорблял меня, мисс… Простите мне мои слезы». Это происшествие и неуважение Филипа к прислуге разозлили Альенору еще больше.

— У него бывают страшные сны, но мы прощаем ему это. Прощаем, Альенора, – нетерпящим возражения тоном ответила дочери леди Нортон.

— Отец, а что думаете вы? – обратилась Альенора к родителю.

Тот безучастно смотрел на свой серебряный кубок, полный вина и лишь пожал плечами.

— То есть, ему будет позволено ходить так до тех пор, пока он кого-нибудь не убьет? – сердито спросила Альенора и ударила кулаком по столу. – Матушка! Что еще вы рассказали этому безумцу? Про Вильяма и детей ему известно! Знает ли он, где они обитают?

— Я надеюсь, ты промолчала об этом, душа моя, – тихо сказал лорд Нортон супруге.

— Я не говорила ему, нет… Он… Так горяч порой, что я… – Леди Нортон прикусила губу и устремила взгляд в сторону.

— Что, Гильда? – настойчиво спросил ее муж.

— Что я боюсь его! – с чувством прошептала леди Нортон, но затем встрепенулась и приложила ладонь ко лбу: – Но, Боже мой, что это я говорю! Он наш сын! Наш дорогой мальчик! Он столько страдал!

— Если ваш «дорогой мальчик» будет все так же бродить по ночам и вопить о желании убивать, скоро в нашем замке не останется ни одного слуги! – процедила сквозь зубы Альенора. – Но вам, матушка, хватило ума молчать о том, где находится моя Бригида, и я от всего сердца благодарю вас за это.

— Не оскорбляй свою мать! – бросила на это леди Гильда. – Эта змея Болейн распустила тебя, дочь моя!

— Значит мне оскорблять вас запрещено, но, когда это делает мой брат, вы прямо сияете от счастья, – с иронией парировала Альенора.

Граф Мюррей был молчалив: он считал себя не вправе обсуждать семейные дела Нортонов, поэтому молча наслаждался сытным ужином.

— Я всегда любила и буду любить вас одинаково! Твоему брату нужна наша поддержка! Наше тепло, наша помощь! Ты бессердечна, Альенора… Королевский двор сделал тебя черствой! – дрожащим голосом воскликнула леди Нортон.

— Эта женщина никак не угомонится! Я сказал вам, матушка, что мне не нужна ваша забота! – вдруг послышался в зале холодный голос Филипа, от которого все сидящие за столом вздрогнули.

— Как хорошо, что ты решил присоединиться к нам, сын мой, – робко улыбнулся лорд Нортон. – Прошу, присядь рядом с твоим старым отцом.

— Старому отцу уже давно пора на покой, – насмешливо хмыкнул Филип. – Признаться, я рассчитывал на то, что, вернувшись в Англию, вы уже будете в земле. – Он подошел к столу, схватил кусок хлеба, понюхал его, а затем с силой бросил его обратно в корзину. – Когда вы уже помрете, а, отец? Сколько еще мне ждать мое законное наследство?