Книга Не дёргайся, граф! Снимаю!, страница 15 – Светлана Томская

Однако, стоило мне озвучить эту мысль Марфе Григорьевне, как она всплеснула руками.

— Так это ж позор на семью Вересаевых будет. Шкандаль на весь Светлоярск.

— Скандал, — поправила я на автомате.

— Дмитрий Александрович — хороший человек, очень о вас заботился. — Марфа Григорьевна укоризненно покачала головой. — Только времени у него мало во все дела вникать. А тётушка ваша… как моя мамка любила говорить: «Ночная кукушка завсегда дневную перекукует». Лучше бы не доводить отказ до венчания.

Понятно. Значит, отказ в церкви оставим на крайний случай.

Как бы еще уточнить, сложно меня в буйнопомешанные записать, или тут тоже чьё-то мнение, кроме Григория Ивановича, потребуется, а то очень уж мне намёки тётки не понравились.

Поздно вечером того же дня я мысленно поблагодарила няню за информацию о рядной.

Поскольку я только ела и спала, ела и спала, за день я так хорошо выспалась и так качественно отлежала все бока, что, после того как Марфа Григорьевна в сотый раз поправила мне подушки и тщательно укрыла, долго не могла уснуть.

Сначала я не обратила внимания на бубнёж за стеной, а потом до меня донеслось громкое и отчётливое:

— Да Катенька уже, почитай, согласилась, осталось рядную с Фёдором Степановичем подписать. А это можешь сделать только ты.

Не узнать голос Варвары Петровны было невозможно. Меня словно ветром с кровати сдуло. Я даже забыла о своём состоянии. Оно напомнило о себе само. Голова снова закружилась, но я не сдалась. Опустилась на пол и на четвереньках подобралась к печной трубе, где голоса были слышнее всего.

— Что значит «согласилась»? — строго спросил мужчина. — Дворянку за купца отдать?

— А самому-то, когда на мне женился, не помешало, что я из купеческого рода?

Дядя буркнул что-то невнятное. Не нашёл, видимо, что возразить. Так вот, откуда у тётки торговая хватка. Из купцов, значит.

— Я ей рассказала о плачевных делах фотоателье, — продолжила Варвара Петровна наседать на мужа.

Да ладно…

— Дом тоже нуждается в ремонте.

Хм… Так он в закладе или нет?

— Катя не спорила. Всё она понимает. На двоих нам нормального приданого не собрать. Подумай о родной дочери. Сонечке замуж пора. Она через три дня вернётся из пансиона, и надо будет её к масленичной неделе готовить. Платья пошить. Шутка ли: первый выход в свет — бал в доме губернатора. Самое время для помолвок на масленичной неделе, а после Пасхи могли бы уже и свадьбу сыграть. Ты ведь добудешь для нас приглашение? Поговори с Корсаковым, чтоб напомнил Андрею Кирилловичу. И пригласил бы ты Алексея Дмитриевича к нам на обед, как Софья приедет. Вот где завидный жених.

Алексей Дмитриевич Корсаков… Я наморщила лоб. Что-то очень знакомое. Уж не из тех ли властных пирожочков, которых мне девчонки на роль главного героя предлагали?

— Так Софью ты за графа отдать хочешь?

— А почему бы и нет? Если только ты Сонечкино приданое на двоих не разделишь.

Последняя фраза прозвучала со слезами в голосе.

— Катя тоже не нищая. Может, и она на балу судьбу свою встретит. Ясно, что фотоателье теперь без хозяина осталось. Но, раз оно Шубину так нужно и Катя не против, могли бы ему предложить, а на деньги приданое племяннице справить.

— Да зачем ему то фотоателье? Или ты не знаешь, что там за аренду год не плачено. Фёдор Степанович и так может за долги в суд подать. Он Катю из милости берёт с таким приданым.