Книга Развод с Альфой. Трое волчат, которых ты бросил, страница 24 – Ангелина Сантос

"Леон жив?Мы можем прийти?Лея говорит что ты нас не пускаеш."

Под текстом Лея добавила:

"Я такого не говорила."

Я перечитала и впервые за весь день улыбнулась.

Написала, что Леон жив, ему лучше и сегодня они остаются у Эны.

Мара отнесла ответ.

Когда вернулась, уже начинало темнеть.

— Гонца нет.

— Я вижу.

— Если наставник в Верхнем Броде согласится, раньше ночи все равно не доберется.

— Хорошо.

Это было не хорошо.

Но выбора не было.

Я зажгла лампы.

Леон проснулся.

— Сколько я спал?

— Почти два часа.

— Марк и Лея где?

— У Эны.

Он сел.

— Почему?

— Потому что сегодня так безопаснее.

— Мне уже нормально.

— Пока.

— Они подумают, что со мной что-то страшное.

— Я написала.

— Марк не поверит.

— Марк вообще редко верит тому, что не придумал сам.

Леон усмехнулся.

— Есть хочешь?

— Да.

Это меня обрадовало.

Я принесла суп.

Он съел почти всю тарелку.

Потом снова попросил воды.

— Жарко, — пожаловался он.

Я открыла окно.

В комнату вошел прохладный воздух.

Леон закрыл глаза.

— Так лучше.

Я села напротив.

— Что внутри?

Он понял, о чем я.

— Там.

— Такой же?

— Да.

— Ближе?

Леон нахмурился.

— Не знаю.

— Попробуй объяснить.

Он долго молчал.

— Вчера будто далеко был.

— А сегодня?

— Как будто прямо за дверью.

Мне не понравилось сравнение.

— Он тебя пугает?

— Нет.

— Совсем?

— Нет.

— Тогда что чувствуешь?

Леон поднял на меня глаза.

— Он злится.

Я замерла.

— Ты слышишь мысли?

— Нет.

— Откуда знаешь?

— Просто знаю.

— На кого злится?

Он пожал плечами.

— На всех.

— Очень полезно.

— Я не специально.

— Знаю.

Я взяла его за руку.

На этот раз кожа была почти нормальной.

— Если волк проснется, тебе не надо с ним бороться.

— А что делать?

Вот здесь я опять почувствовала собственную неподготовленность.

Я знала теорию.

Знала устройство тела после обращения, умела лечить вывихи, разрывы мышц, раны от когтей.

Но никогда не проводила ребенка через первое пробуждение.

— Не паниковать, — сказала я.

— Это не ответ.

— Согласна.

Леон посмотрел на меня.

— Ты не знаешь?

Я могла соврать.

Не стала.

— Не до конца.

Он задумался.

— Нормально.

— Что нормально?

— Ты же не можешь знать все.

Мне стало одновременно тепло и больно.

— Спасибо за разрешение.

— Пожалуйста.

В дверь лечебницы постучали.

Я поднялась.

— Оставайся здесь.

— Я не уйду.

Стук повторился.

Не обычный.

Три коротких удара.

Пауза.

Еще один.

Мара уже шла из кухни.

— Я открою.

— Подожди.

Она посмотрела на меня.

Я сама не знала, что почувствовала.

Просто что-то изменилось.

Снаружи стало слишком тихо.

Я подошла к окну, осторожно отодвинула край занавески.

У ворот стоял конь.

Незнакомый.

Рядом мужчина в дорожном плаще.

Один.

Я выдохнула.

— Наверное, гонец.

Мара открыла дверь.

Через минуту в гостиную вошел тот самый мальчишка, которого она отправляла утром.

Лицо красное от холода.

— Госпожа Хелл.

— Ну?

— Его нет.

— Кого?

— Тарена. Он уехал три дня назад.

Мара выругалась.

— Куда?

— На юг. Сказали, вернется через неделю.

Я закрыла глаза.

— Кто-нибудь еще?

Мальчишка покачал головой.

— Там посоветовали ехать в Каменный Бор. У них есть наставник.

До Каменного Бора было еще дальше.

— Спасибо, — сказала Мара. — Иди на кухню, поешь.

Он ушел.

Я смотрела в окно.

— Что теперь?

— Будем справляться сами.

— Ты только утром говорила, что это опасно.

— Оно и сейчас опасно.