Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 146 – Виолетта Вейл

Илар оценил плиту.

— В этом есть смысл.

Северин перешел первым.

Вода доходила ему почти до колен. Он держался за веревку правой рукой, левую старался не напрягать.

На середине остановился.

— Что? — спросила я.

— Плита двигается.

Илар посветил.

Камень под водой действительно просел.

— Наступайте ближе к стене, — сказал он. — Там старая опора.

Северин дошел до другой стороны.

Повернулся ко мне.

— Идите по моим следам.

Я взялась за веревку.

Первый шаг.

Второй.

Вода была ледяной и тяжелой. Платье намокло до колен, мешая двигаться. Я шла ближе к стене, как показал Илар.

На середине браслет Эдиты стал серым.

— Стойте! — крикнул Северин.

— Я вижу.

— Возвращайтесь.

— Назад дальше.

Кристалл не погас.

Я прекратила использовать дар, хотя даже не замечала, что продолжала чувствовать минерал через защитную коробку Брана. Закрыла магическое восприятие.

Свет браслета начал восстанавливаться.

— Продолжаю, — сказала я.

— Медленно.

Я сделала еще шаг.

Плита под ногой ушла вниз.

Вода ударила в бедро.

Я потеряла равновесие.

Веревка выскользнула из пальцев.

Северин прыгнул в поток.

Он поймал меня за запястье и дернул к себе.

В тот же момент сверху раздался треск.

— К стене! — крикнул Илар.

Каменная плита потолка рухнула на место, где я стояла секунду назад.

Северин прижал меня к внутренней арке и закрыл собой.

Удар пришелся по его спине и правому плечу.

Он не использовал чешую.

Не мог.

Тело осталось человеческим.

Северин только сильнее согнулся, принимая вес падающих камней на собственные плечи.

Бран и Керн попытались пробраться к нам, но новый обвал перекрыл проход.

Пыль смешалась с водой.

Я почти не слышала голосов.

— Северин!

Он не ответил сразу.

Потом выдохнул:

— Я здесь.

— Отойдите.

— Сначала проверь, не падает ли еще.

Илар кричал с другой стороны завала:

— Не двигайтесь! Арка держится на боковых опорах!

Я подняла фонарь.

Северин стоял, упираясь руками в стену по обе стороны от меня. На правом плече темнела кровь. Камень рассек ткань и кожу. Лицо было бледным, дыхание неровным.

— Вы ранены.

— Царапина.

— Не говорите так пациенту-аптекарю.

— Тогда неглубокая рана с сильным кровотечением.

— Уже точнее.

Мы оказались в узком кармане между стеной и обвалом. Вода доходила до щиколоток и понемногу поднималась.

С другой стороны слышались удары инструментов.

Илар и стражники разбирали камни.

— Сколько времени? — крикнула я.

— Не знаю! Основная плита тяжелая. Ищем обход!

Северин опустил руки.

Сразу пошатнулся.

Я подхватила его.

— Сядьте.

— Здесь вода.

— На выступ.

У стены находился узкий каменный бортик.

Он сел.

Я открыла аптечную сумку.

Половина содержимого намокла, но перевязочная ткань была в герметичном пакете. Очищающий раствор тоже уцелел.

Разрезала рубашку возле плеча.

Рана оказалась длинной, но кость не была повреждена. Камень содрал кожу и рассек мышцу по касательной.

— Двигайте рукой.

Северин поднял ее до уровня груди и остановился.

— Больно.

— Это нормально. Онемение?

— Нет.

— Пальцы?

Он пошевелил.

— Чувствую.

Я промыла рану.

Он даже не поморщился.

— Не изображайте бесчувственность.

— Я не изображаю.

— Тогда почему молчите?

— Потому что ты работаешь.

Раньше Северин тоже умел не мешать мне во время лечения.

Но редко позволял лечить себя полностью. Всегда держал часть боли отдельно, будто признание слабости уменьшало его способность защищать остальных.