Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 8 – Виолетта Вейл

Леона посмотрела на стену, будто ожидала увидеть там ответ.

— Это можно доказать?

— После осмотра. Если следы не уничтожены.

Я сняла перчатки и положила их на прилавок.

В молодости Беатриса заставляла меня начинать каждое утро с проверки помещения. Сначала окна и замки, потом защитные линии, вода, печь, запасы, инструменты. Она говорила, что хороший аптекарь обязан заметить проблему до того, как она окажется внутри чужого лекарства.

Я не работала несколько лет, но порядок действий помнила.

Сначала я проверила входную дверь. Замок был старым, однако исправным. Следов недавнего взлома с этой стороны не было.

Затем обошла окна. Доски прибили снаружи, стекла под ними уцелели только частично. На одном подоконнике остался темный налет от дыма, хотя сама рама не обгорела.

— Тут открывали окно после пожара, — сказала я.

— Почему ты так решила?

— Сажа легла на внутренний край. Если бы окно было закрыто, налет остался бы на стекле и раме, а не на подоконнике.

Леона достала блокнот.

— Продолжай.

— Пока нечего записывать. Это наблюдение, не доказательство.

— Наблюдения часто становятся доказательствами, если их вовремя записать.

Она все равно сделала пометку.

Из торгового зала вели три двери. Первая — в приемную, вторая — в коридор к лестнице и кухне, третья — в лабораторию.

На последней сохранилась печать Гильдии.

Красный воск был цел. Поверх двери проходила тонкая серебряная нить, закрепленная на стене официальными знаками. Я не прикасалась к ней.

— Для снятия печати потребуется инспектор, — напомнила Леона.

— Знаю.

Через небольшое стекло в двери я увидела часть лаборатории. Черный след поднимался по дальней стене к потолку. Рабочий стол был опрокинут, шкаф возле печи обгорел. Остальная мебель казалась целой.

— Очаг действительно находился внутри, — сказала я. — Но пожар был недолгим.

— В отчете указано, что защита погасила его почти сразу.

— Тогда Беатриса должна была успеть выйти.

Леона закрыла блокнот.

— Ее нашли возле рабочего стола.

— Она потеряла сознание?

— По заключению лекаря, надышалась дымом.

Я посмотрела на узкую комнату за стеклом.

Беатриса не была молодой, но до болезни ей было далеко. Она знала лабораторию лучше любого инспектора. Если огонь не успел распространиться, ей хватило бы нескольких шагов до двери.

— Где отчет лекаря?

— В материалах дела. Я запросила копию, но Гильдия еще не ответила.

— Запроси повторно.

— Уже.

Мы прошли в приемную. Здесь стояли две кушетки, ширма и высокий шкаф с перевязочными материалами. Большая часть ткани отсырела. Несколько флаконов покрылись плесенью вокруг пробок.

Я открыла шкаф и стала доставать содержимое по одному.

— Это придется выбросить, — сказала я. — Все, что хранилось без герметичной упаковки. Стекло можно очистить, инструменты проверить. Деревянные коробки лучше заменить.

— Ты уже решила остаться?

Я поставила на стол металлический зажим.

— Я решила понять, что именно мне досталось.

— Вместе с аптекой тебе досталось сто восемьдесят четыре короны долга.

Я замерла.

— Кому?

Леона открыла папку.

— Поставщику стекла, городскому управлению, Гильдии и мастеру, который ремонтировал крышу прошлой осенью. Еще есть просроченный сбор за торговую вывеску.

— За вывеску, которая сейчас висит на одной цепи?

— Город не учитывает качество рекламы. Только ее наличие.