Книга Бессмертная, страница 102 – Елена Тимофеева

— Это ничего не изменит! — провизжал Норт, и поток ледяного ветра ударил в грудь королеве. — Твоя игра проиграна!

— Отпусти её! — Демира выхватила из ножен меч, тот, что разит без промаха, бросилась на него.

Ария задыхалась, бессильна была в железных тисках, взор чёрной мглой затянуло. Свинцом налились руки, ни поднять, ни ударить алым рубиновым лучом. «Отец!» — взмолилась она в последних проблесках сознания. И следом пришло другое имя, рванувшееся из сердца, ведь на краю обрыва нет места лжи и притворству! Всё встаёт на места, что прежде казалось, неверным, становится истиной. И погибая, разум желает того, что дороже всего на свете.

«Феанор!» — вскричала отчаянно душа, и ожил камень в перстне, живым светом хлынул, опалил белую длинную руку, сжавшую горло юной воительницы. Тонкий визг пронёсся по залу, добил уцелевшие стёкла, сорвал дверь с петель.

— Ты просила! — расхохотался Норт. — Отпускаю! — развернулся к окну. Метнулась, удлиняясь, белая рука в прожженных чёрных язвах, разжались костлявые пальцы, державшие принцессу за горло.

И падая камнем вниз, улетая бескрылой птицей, услышала Ария отчаянный крик королевы и лязг схлестнувшихся клинков.

Только вперёд!

— Проснись, Бессмертный! Да проснись же! — Медведица схватила Арий Конрада за плечи, даже приподняла с кровати, силой боги не обделили.

— Чего тебе? — Он с трудом открыл глаза, освобождаясь от оков липкого тяжёлого сна.

Она достала огниво, высекла искру, зажгла лампаду. Затрещал пропитанный маслом фитиль, вспыхнул, светлее стало в комнате.

Арий Конрад сел, жмурясь, протёр глаза, сжал руками голову, качнулся назад, давя глухой стон. Посидел так немного, поднял на воительницу взгляд.

— Давно ушли? — спросил спокойно.

— Часа с четверть или поболее чуть, — отозвалась удивлённо Медведица.

Он всё знал уже, последний из Сов, всё понял, не нужно было ничего объяснять.

— Так… — он отёр со лба пот, наклонился, взял сапог, — слушай меня. Подними Велора. Пусть идёт в скалы. Он жаждал бессмертия, пусть идёт, это шанс его. Больше никто. Вы тут оставайтесь, Феанора не пущай тоже. Смертным — дела земные. Крепость обороняйте. Там, в скалах такое будет… — Арий Конрад обулся, встал, — лес рубят, — сказал, — щепки летят. Засыплет вас этими щепками.

— Нас? — спросила Медведица. — А ты?

— Мне бы до капища дойти, — голос его звучал слабо, пот бежал по вискам, дрожали руки.

Будто тяжкая болезнь схватила за горло магистра древнего ордена, отняв все силы.

— Давай, подсоблю, — воительница поддержала его, — обопрись на меня. Пошли, дойдём.

— На мою удачу ночь, никто срамоты такой не увидит, — слабо усмехнулся он.

— Болеть не стыдно, — ответила Медведица.

— Я не болен, — пояснил Арий Конрад, — я пуст. Демира постаралась, дочиста выжрала. Мнит, что в одиночку справится. Научил на свою голову!

— Она не одна, Бессмертный, двое их, — напомнила воительница. Побледнело бронзовое лицо её, серым стало. — Не выстоит? — спросила.

— У нас нет выбора, Медведица, — ответил он, — нельзя не выстоять.

— Высшие силы всегда помогают тем, кто прав, — уверила она.

— Высшим силам плевать на тех, кто прав и на тех, кто не прав, — магистр презрительно усмехнулся, — каждый сам за себя отвечает и сам судьбу свою творит.

— Ты же пойдёшь на подмогу? — страх и надежда прозвучали в её голосе.