Книга Через века, страница 43 – Наталья Касаткина

— Леди Клэри, а вы не хотите поприветствовать посла дружественной нам Турении? Такое могущественное государство с таким выдающимся правителем… — почти пропела леди Розамунд, не скрывая ни насмешки в голосе, ни издевки в глазах, а окружающие ее девушки захихикали, прикрывая рты веерами и куда-то оглядываясь. Они подошли так бесшумно — или это Даша так задумалась? — что она даже вздрогнула, и теперь толпились вокруг, закрывая обзор. Значит, уже все знают. Даша вспомнила, что леди Розамунд своими домом назвала Белый дворец, наверное, ее отец тоже какой-нибудь Советник, так что не удивительно, что она в курсе Дашиной судьбы, если уж Люси знает. Но о ком это они?

Даша сделала шаг в сторону и, наконец, увидела мужчину, только что выгрузившегося из сияющей огнями кареты. Зачем же она так сверкает среди белого дня? Сам же посол на контрасте выглядел очень скромно, простой коричневый костюм, высокие сапоги, никаких кружевных воротничков и вышивок драгоценными камнями, что так любили здешние придворные. И он был настоящим гигантом, с мощным торсом и широкими плечами. И как только в карету поместился, вряд ли ему там было удобно с таким-то ростом. За те несколько секунд, что Даша потратила на рассматривание посла страны, куда ей придется уехать, если она ничего не придумает, мужчина огляделся и безошибочно нашел ее взглядом. Будет ли он пытаться с ней поговорить или ограничится просто наблюдением? И как ей себя вести, чтобы разочаровать пусть маленькое, но целое государство в его лице?

Леди Розамунд продолжала что-то говорить, гигант-посол сделал несколько шагов в направлении их группы, а Даша внезапно поняла, что толком не может разобрать слов. Они ускользали от сознания как что-то ненужное, неважное прямо сейчас, не этим она должна заниматься, не о том думать… А о чем? Что происходит? И тут же поняла, что случилось что-то плохое. Люди вокруг смеялись, музыканты взялись за инструменты, все больше карет останавливалось на дороге неподалеку, поднявшийся ветер растрепывал свободные прически девушек, и несколько служанок бросились укреплять их дополнительными гребнями и заколками, а Даша чувствовала себя так, будто ее обложили льдом, отрезая от всего мира, и за эту преграду не проникает ничего, кроме… просьбы о помощи? Даша крутанулась на месте, вглядываясь в реку. Ничего. Пока ничего. А это… оно?

Крики и топот копыт обрушились на нее одновременно, словно ломая некую плотину, и Даша с трудом удержалась от того, чтобы закрыть уши ладонями, такими громкими ей показались звуки после недавней холодной тишины. Несколько лошадей влетело на поляну, за ними бежали какие-то люди. Красные и растрепанные, с перекошенными от отчаяния лицами, они были немедленно оттеснены к берегу темно-зеленой волной хранителей, которые возникли будто из-под земли и отделили придворных от новоприбывших. Новоприбывшие и не возражали, к реке они устремились добровольно и сами, выкрикивая какие-то имена и размахивая руками.

А потом Даша увидела плот. Небольшой, квадратный, он приближался очень быстро, и вот уже можно было разглядеть перепуганные лица детей лет десяти-двенадцати. Двое подростков постарше безуспешно тыкали в дно длинными деревянными шестами, но плот только подпрыгивал на волнах и неумолимо стремился к водопаду. Две лодки плыли поодаль, мужчины гребли изо всех сил, пытаясь догнать плот, но было очевидно, что они не успевают.