Книга Тёмные фантазии, страница 51 – Вера Окишева

Девушка сорвалась с места и ринулась вниз по лестнице так быстро, что мужчины не сразу среагировали, а затем, переглянулись, поспешили нагнать юного экспериментатора.

— Вся в деда пошла, — услышал Эсам ворчание, пугаясь за девушку, ищущую себе приключений в виде отряда шиянарцев, и в блаженстве прикрывая глаза, ловя шлейф невероятного аромата сочных экзотических фруктов, пропитанных ярким солнцем. — Эксперименты ей подавай! Сейчас я ей устрою эксперименты, мало не покажется. Запру в комнате до конца ее жизни!

— Это незаконно и непедагогично. К тому же она же не виновата, что такой особенной родилась.

— Заткнись, Эсам. Не нарывайся еще больше. До сих пор хочется придушить тебя за то, что поцеловал ее.

— Я ни о чем не жалею. Душите.

Приподнятое настроение, несвойственное веселье — все это было столь ново для манаукца, что он чуть не пропустил удар наставника.

— Все, молчу-молчу! — заверил Эсам разгневанного отца, который огненной кометой влетел в тренировочный зал, ища свою дочь.

Та, как маленькая лисица, вертелась вокруг белых шиянерцев, ластилась к ним, а они шарахались от нее в сторону, твердо заверяя, что никакого особенного запаха не слышат.

Дарья развернулась лицом к Эсаму и захлопала в ладоши.

— Миленько и забавненько, — решила поделиться своими умозаключениями от проведенной работы Даша, всплеснув руками, указывая на собравшихся в кучку учеников ши Дороша. — Вот и еще одно отличие простых манаукцев от шиянарцев.

Жибор приобнял дочь за плечи и повел ее на улицу.

— Тоже мне открыла Манаук. Всем известно, что шиянарцы лучше простых манаукцев, тут и экспериментов ставить не надо.

— Да, мы лучшие! — крикнули им в спину.

Эсам прижался к стене, пропуская отца и дочь, прикрывая нос ладонью. Вот и объяснение состоянию легкого опьянения Лимайна. Аромат Даши, фруктовый, хмельной, вкусный, как коллекционное вино соблазнительницы. И что теперь делать? Кажется, пришло время покинуть Новоман, отпустить Дашу туда, где ее аромат не создаст проблем — на Шиянар, планету непробиваемых альбиносов.

Дарья

Все сложилось. Я даже удивилась своевременному везению. Моя унжирская половинка взяла верх над наманганской так вовремя. Вот не думала, что мои глаза будут меняться, как у мамы. Это вообще удивительно. Такого не предполагал даже отец, хотя мы и разговаривали на данную тему. Теперь они янтарного цвета, необычайно красиво. Хочу, чтобы они оставались такими навсегда. Темный янтарь, красивый, перетекающий, живой. Теперь я очень похожа на унжирку.

Но лишь похожа. Увы, аромат я не могла контролировать. Вообще не ощущала, когда он появлялся. Нужно исследовать этот феномен более плотно, но у меня не было ни времени, ни испытуемого. Эсам улетел на Манаук. Уже три дня меня никто не охранял. Даже скучно стало, поговорить не с кем. Да и как бы я ни пыталась убедить себя, что все хорошо, все сделано правильно, но я привязалась с Эсаму. Мой темный ангел-хранитель, который всегда стоял за моим плечом, мой друг и тот, кто украл мой первый поцелуй. До сих пор стыдно за то, что ляпнула ему тогда, спровоцировала.

Два дня я нахожусь в странном состоянии бурного веселья и адской тоски. Забавно смотреть, как отец отваживает от меня представителей мужского пола.

Готов разорвать в клочья любого с бубенцами между ног. И тут причина была во мне. Меня просто тянуло пообщаться с кем-то, у кого голос такой же низкий, с хрипотцой, как у Эсама. Хоть чуть-чуть заглушить пустоту в душе. Хотелось ощутить не только запах краски, но и терпкий тяжелый аромат мужского тела. Ощутить чужое тепло, словно мое кто-то выкрал и даже записки не оставил.