Книга Тот ещё подарочек, страница 121 – Вера Окишева

— Лежащая передо мной, расслабленная.

Расслабленной я точно не была, но приятная истома начинала овладевать мной от воздействия ласкающих рук Гри. Он смял плечи, очертил ключицы, мягко обхватил подбородок, приподнял, а затем мои губы накрыли горячие и властные. Поцелуй Буреля не был таким целомудренным, каким я его одарила в коридоре. Нет, он напористо заставлял приоткрыть рот. Невольно согнула ноги, потянулась к нему, отвечая на поцелуй. Но Гри отстранился, перешёл, чтобы усадить меня, раздвинув ноги, встал между моих колен, вновь целовал, не слушая моего писка возмущения. Полотенце соскальзывало с груди, и я боролась с ним. А затем горячая ладонь легла мне между лопаток, меня крепко прижали к груди, и я совершенно позабыла о скромности, зарываясь руками в длинные волосы Гри, растворялась в его жадном поцелуе.

Я готова была продлить этот миг как можно дольше, но лёгкие стало обжигать от нехватки воздуха. Гри отстранился, уткнулся лбом в мой, тихо посмеивался. Он так же тяжело дышал, как и я, потёрся носом о висок и тихо шепнул на ушко:

— Я схожу с ума, моя девочка. Ты играешь с огнём и убегаешь. Ждёшь, что поймаю, а сама не даёшь и шанса.

Моргнула, скидывая наваждение и пытаясь понять, о чём он говорил.

— Я не доживу до брачной ночи, если продолжим. Вообще не понимаю, зачем ждать эту брачную ночь. Зачем омрачать такой праздник болью.

— Что? — переспросила, подумав, что ослышалась.

— Брачная ночь — глупая традиция землян. Зачем она вам? — жарким шёпотом опалял мои нервы Гри, продолжая ласково гладить по волосам, оставляя осторожные поцелуи возле ушка. — Мы же манаукцы. Я хочу наслаждаться вашими страстными стонами до самого утра в брачную ночь, а не утешать после потери девственности.

Кажется, кто-то что-то неправильно понял, или я ничего не понимала.

— Я еще даже не сказала «да», — напомнила Бурелю, который тихо рассмеялся, ухватил за затылок, заставляя заглянуть ему в лицо.

— Я не против покровительства. Нам это ближе.

Я замотала головой. Нет, никакого покровительства однозначно. Хочу как у родителей — раз и навсегда, быть единственной, и вообще, власть — дама, не терпящая соперниц даже в лице подопечных.

— Нет, я хочу мужа! — зашептала в ответ и потянулась за поцелуем. Мои руки поглаживали плечи Гри, я распалялась от приятных ощущений скольжения моих ладоней. — А разве первый раз обязательно должно быть больно? Если мужчина опытный и прекрасный любовник, то…

— Чушь, — возразил Гри отстраняясь. — Неприятные ощущения всё равно будут. И чтобы любимая испытала экстаз, нужно подготавливать её, постепенно раскрывать границы женственности.

Я вздрогнула, когда почувствовала его пальцы на своих сосках. Неуловимое круговое движение по ареолам вызывало дрожь в теле.

— Раз за разом подводить её к пику наслаждения, учить парить, ловить волну. В конце концов, насладиться её сладострастными стонами.

Гри склонился к груди и начал её целовать. Я готова была укусить себя за палец, лишь бы не вскрикнуть в голос от невообразимого наслаждения. Ласковые губы прихватывали соски, язык дразнил их, а тело моё пело. Я вся, словно струна, задрожала, лишаясь воздуха, втягивала его на полустоне, выгибалась, руками хватаясь за плечи Гри, моего персонального якоря, который еще удерживал меня в этой реальности.