Книга Ярче звёзд, страница 178 – Вера Окишева

Попрощавшись с коллегами, он всю ночь провёл возле проектора и, как и предложила шия Сандерс, пытался определить, откуда был произведён выстрел из предполагаемого неизвестного оружия. По всему выходило с земли. Не с неба. Просматривая записи видеокамер с пляжа, мужчина разочарованно выдохнул, поскольку зафиксировано слишком большое скопление народа. Стрелять мог кто угодно из студентов, наблюдавших за полётом. Время было выбрано очень удачное, затеряться в таком количестве отдыхающих от учёбы и праздношатающихся на берегу пусть холодного, но красивого моря очень легко. Правда, одна фигура привлекла-таки внимание Викрама. Увеличив экран, Махтан смог разглядеть чуть расплывчатое лицо Шалорта-младшего. В руках у него не было ничего подозрительного. Парень стоял, прижимая, как и многие, руку ко лбу на манер козырька, вглядывался в небо на летящие истребители. Никакого оружия у него с собой не было, если только в кармане.

Устало потерев глаза, Вик понял всю несостоятельность этой версии. Оружие такой мощности в карман куртки не спрячешь так, что бы никто ни заметил. Но беспокойное чувство недоверия к Шалорту не отпускало. Слишком много интересного было в личном деле этого парня.

Сандерс первая, кто вызвал в нелюдимом манаукце чувства, вытаскивая его из скорлупы отчуждённости. И череда смертей вокруг него тоже была подозрительной. Никто и не рассматривал причастность Шалорта, всё списывалось на несчастный случай. Сидя на диване, Викрам прикрыл глаза от усталости, затем сходил за кофе. Он позвонил жене, которая не ответила на вызов, а прислала сообщение, что она занята.

Разозлившись, мужчина с грохотом поставил кружку и вновь взглянул на экран. В какой-то миг манаукец различил еле уловимую улыбку на размытых губах Шалорта. И его словно холодным потом прошибло. Поморгав, Викрам вновь посмотрел на экран, но никакой улыбки больше не увидел, даже когда запросил у компьютера максимально отретушировать снимок.

— Спать пора, — протяжно вздохнул уставший Махтан, выключая экран.

Мысли о Шалорте постоянно вились у него в голове, вот и стало мерещиться, что тот издевательски насмехается над ним.

— Спать, спать.

Маруся

С приходом нового ректора слегка изменилась учебная программа. Практика была сдвинута на полгода вперёд, поэтому преподаватели стали гонять нас ещё сильнее, проверяя наши знания срезами чуть ли не каждые три-четыре дня.

Ленка за три прошедших месяца просто расцвела, даже вдали от Хемера она трещала без умолку, когда я ей звонила после учёбы. Всё никак не могла нахвалиться своим любимым, часто плакала, шепча странности. За что должен был простить её манаукец, я так и не поняла. По словам Яна, не так сильно она Хемера и опозорила стихами о покровительстве, но сама подруга лишь махала рукой, мотала головой и отключала связь, когда я начинала требовать объясниться. Может, изменила ему? Но тоже логики я не видела. Они же вроде не встречались официально, когда она успела-то.

Я перестала высыпаться окончательно, так как Ян требовал внимания, порой будя меня и занимаясь со мной любовью. За три месяца я привыкла, что наброситься на меня изголодавшийся манаукец мог где угодно и когда угодно ему, но при этом удовольствие доставлял такое, что я простила ему даже секс в кабине истребителя, на котором мы улетели на небольшой остров. Лето хоть и вступило в свои права, но порывистый и холодный северный ветер не давал почувствовать тепло летнего солнца. Яндор тогда не давал мне сесть за штурвал, пока не удовлетворил свой проснувшийся голод. Это было неудобно, защитный купол в кабинете был низкий, а кресло не до конца откидывалось, колени упирались в стенки, голова в купол. В общем-то, ещё то сомнительное удовольствие стукаться от каждого яростного толчка. Но Яндор был бы не Яндором, если бы я не кричала от восторга, задыхаясь от нетерпеливых и сокрушающих проникновений. Правда, до штурвала я так и не добралась, ту лужицу, в которую я превратилась, когда этот безумный секс закончился, Дракон бережно пересадил в кресло второго пилота, а управление взял на себя.