Книга Чужая жизнь, страница 26 – Вера Окишева

Под пристальным взором манаукца обулась. Он подхватил меня под локоть, и я не успела себя осмотреть. Лёгкая ткань струилась от каждого шага, а блузка без рукавов на груди была сшита с запахом. Тамино, кажется, остался доволен моим видом. Я шла, ведомая им по уже знакомому коридору. В этот раз, спускаясь по трапу, я в изумлении оглядывалась по сторонам. Небо! Надо мной было голубое небо с белыми воздушными облаками. Глаза защипало от яркого света и от обуревавших меня чувств. Небо! Самое настоящее небо. Голубое небо и чистый ветер, чуть холодный, но пьянящий.

— Дорогая, что с тобой? — обеспокоенно спросил Алиас.

Мы остановились посередине трапа. Я оглядывала простор незнакомой планеты, не веря своим глазам. Я впервые спустилась на планету. Здание космопорта было игриво раскрашено в яркие живые цвета. Манаукец развернул меня к себе и обхватил ладонями лицо и повторил:

— Что случилось?

— Небо, — указала я вверх. — Я никогда его не видела.

Тамино поднял лицо вверх, затем посмотрел на меня.

— Видела и не раз. Это наш дом, планета Новоман. Сейчас приедем домой, там море.

— Море? — переспросила, во все глаза воззрившись на Алиаса. — Настоящее море? С чайками?

— Чаек здесь нет. Завозили, но не прижились. Но море настоящее, в нём даже плавать можно. Если хочешь, можно…

— Хочу, — выпалила, не дослушав, закивала головой. — Хочу купаться в море.

Манаукец улыбнулся, поцеловал. А я вспомнила, что я злая на него и замычала протестуя. Но это только развеселило Алиаса. Он стал спускаться вниз, помогая мне не оступиться, так как я смотрела не под ноги, а вверх. Там, далеко в голубой дали, летали скаты, флаеры и даже птицы.

Космопорт был большим зданием, но мы даже не заходили в него. Сели в машину, которая поражала своими размерами. Я села в салон, боясь что-нибудь в нем испортить. Манаукец сел рядом, положил руку на моё бедро и притянул к себе.

— Не надо, — попросила у него.

— Дорогая, мы уже, кажется, решили, что я твой муж и ты моя жена. А супруги сидят рядом, — шептал мне Алиас, — держатся за руки, целуются и занимаются сексом.

Я вздрогнула, тут же вспомнив о столе в кабинете звездолёта.

— Я не буду заниматься с тобой сексом, — предупредила я его.

— Наказать? — тихо уточнил манаукец.

— Да пошёл ты, — не выдержала. Стала отодвигаться от него, а альбинос, наоборот, придвигался. Итогом моих отступлений стало то, что я оказалась прижатой к дверце. А мои губы целовали, сминая сопротивление, дразнясь языком, ногу нежно сжимали чуть повыше колена. Я упиралась руками ему в грудь, пытаясь отвернуться от жадных и жестоких губ. Но сладкая нега разливалась по телу, и в голове путались мысли. Как же божественно он целуется. Растягивая удовольствие, медленно отрывался от моих губ, чтобы снова и снова дарить свои поцелуи. За этим занятием нас и застал шофёр, который открыл дверь с другой стороны. Свет наполнил салон, я заметила испуганное выражение лица брюнета в фуражке, а затем дверца захлопнулась.

Алиас, улыбаясь, как проказливый мальчишка, стал отодвигаться, но за руку потянул за собой. В итоге выходили мы с ним из машины немного помятые, а я ещё и смущённая. Смотреть в глаза шофёру было тяжело. Дом, во дворе которого остановилась машина, был огромен! Самый настоящий дворец.