Книга Чужая жизнь, страница 73 – Вера Окишева

Когда фруктов практически не осталось, Алиас, наконец, добрался до моего заветного местечка, которое готово было взорваться, только прикоснись. Тамино взял последний кусок дыни и раздавил его. Мякоть между его пальцев стала падать на лобок. Я отвернулась, закусив губу.

Алиас расположился между моими бёдрами и томительно медленно играл языком, а я, согнув ноги, тихо постанывала, растворяясь в вожделении. Порочная ласка распаляла меня всё сильнее, и хотелось молить, чтобы он меня поскорее взял. Алиас словно услышал мои мысли.

Он накрыл меня своим телом, укрывая своим теплом, ворвался в глубины моего желания. Он переплёл наши пальцы и дарил своими осторожными движениями бурю восторга. Мы целовались, ловили вздохи друг друга, упиваясь нашей страстью. Алиас двигался всё быстрее, а я, запрокинув голову, была благодарна ему. Хотела закинуть ноги на его бёдра, но Алиас остановил, давя на колени, чтобы открылась перед ним ещё больше.

Миг, когда мир стал расплываться и ускользать, накрыл меня с головой, я застонала, отдаваясь этому искромётному восторгу, чувствуя, что Алиас достиг разрядки чуть позже меня. Он склонил голову, зажмурившись, сипло дышал.

Через несколько минут, лёжа на мне, придавив своим телом, выругался и с раскаянием на лице извинился:

— Прости, опять забыл про презервативы. Я куплю их, обещаю.

Я долго не могла прийти в себя от его заявления, а затем в голове закопошились неприятные мысли.

— А если уже поздно? — тихо озвучила ему их. Пусть и он помучается вместе со мной.

— Почему поздно? — не понял моей тревоги Алиас.

— А если я уже беременна? — решила быть прямолинейной, раз до него не доходит.

— Ты не хочешь больше детей? — уточнил Алиас, чуть приподнимаясь на локтях, от чего дышать стало легче.

— Хочу, но…

— Никаких «но». Хочешь, значит, будем рожать, — прекратил Тамино наш спор поцелуем, прижимаясь бёдрами к моему паху. Отстранившись, он погладил меня по лбу, убирая с него влажные волосы.

— Хочу много детей от тебя, — с улыбкой произнёс он, пожирая взглядом. — Таких же красивых девочек и похожих на меня мальчиков. Да и Генри с Эльзой нужны братики и сестрички, а то совсем разбаловали их.

— Опусти меня, — попросила я Алиаса, а когда он погладил ожерелье, и сила, удерживающая мои руки, пропала, я обняла его за шею и поцеловала, глуша внутри себя боль. Я тоже хочу детей и буду рада иметь их от него. Я просто буду счастлива, если они буду вылитыми альбиносами. И если вдруг судьба распорядиться по-своему, у меня будет…

— Кэйт, ну что ты опять плачешь? — тихо возмутился Алиас, сбивая меня с мысли. — Ведь не больно было и не страшно. Смотри, даже следов не осталось.

Тамино убрал мои руки со своих плеч и снял браслеты. Следов не было, зато в душе зашевелилось мерзкое чувство.

— Ты специально их купил для меня? — обиженно спросила, садясь и отталкивая его, заставляя скатиться.

Алиас кивнул, провел пальцем по щеке и тихо шепча:

— Тебе идет покорность, Кэйт. А верёвки кожу портят. Как я только это раньше не заметил.

Я хмурилась, отмечая про себя, как темнеют его глаза, как красная радужка превращается в тонкий ободок.

— Эти браслеты не ранят и не портят кожу, зато многое позволяют.

Украшение он вертел в руках, при этом поглаживая пальцем, от чего на нём вспыхивали знаки на неизвестном языке. Любопытство взыграло, и я, кивнув головой на браслеты, спросила: