Книга Чужая жизнь, страница 97 – Вера Окишева

Агнесса завела меня в дверь под вывеской «Малиновый рай». Почему малиновый, я поняла не сразу. Только потом, когда заметила, что в интерьере господствовал именно этот цвет. Но так как в помещении было достаточно темно, то и не сразу сообразила.

Обещанный стриптиз был! Причём сразу с порога! И стриптиз показывали гости, а не работники этого заведения. Меня оглушила дикая музыка. В воздухе витал странный аромат. Агнесса, схватив меня за руку, уверенно вела к лифтам. На одном из них мы добрались до вип-ложи практически над сценой.

Вип-зона состояла из нескольких лож, которые окружали сцену, а на ней творилась бесстыдная оргия. Несколько унжирцев рвали на себе одежды и, покрутив их над головой, вызывающе дёргая бёдрами, кидали их беснующейся публике.

— После этих наши выступают! — прокричала Агнесса, садясь на диванчик. — Нонарского? — спросила она у меня, указывая на панель заказов.

— Нет, давай, что в ресторане пили. А то вырублюсь, так и не увижу ничего, — ответила, вспоминая реакцию организма на нонарский алкоголь. И опять открылось ещё одно. Берта пила нонарское вино! Причём просила его у Алиаса.

— Давно, что ли, не пила?

— Год, — выдала ей. — Говорю же, бедный землянин попался.

— Понятно. Тогда я себе нонарского, а тебе унжиское шампанское «Рассвет».

— Хорошо.

Кричать было дико сложно. Музыка резала слух. Ничего в том, что вытворяли унжирцы, не видела прекрасного. Хотя они всегда славились утончённостью в манерах и хиты обычно у них лиричные, а тут… Заказ поставил перед нами робот-официант, мы расплатились с ним тут же, таковы были правила заведения.

Я решила, что нужно продолжить расследование и с тоской признала Агнессе:

— И всё же я скучаю по лапусику.

Она обернулась ко мне и предложила ему позвонить.

— Номер не запомнила, комфон отобрали, — начала уныло перечислять.

— Значит, не судьба, — выдала Агнесса и обернулась к сцене, так как музыка, наконец, затихла.

— Дамы, милые наши дамы, сейчас на эту сцену выйдет трио «Любовь без границ»! Поприветствуем их!

Зал взорвался, и Агнесса вскочила с дивана. Я тоже стала аплодировать, с любопытством ожидая появления местных звёзд.

Сцена погрузилась во тьму, затем ярко вспыхнули прожекторы, и на подиуме оказались три унжирца. Абсолютно голые под лёгкой тканью юбок. Они стояли, расставив ноги на ширине плеч, а руки держа за головой. Агнесса завизжала. Я скептически окинула взглядом стройные, подтянутые тела. Их мужские органы были с явными признаками боевой готовности. И тут грянула музыка, медленная, лиричная. А мужчины начали свой странный танец, который больше подходил женщинам, а никак не мужикам. Но меня поразила пластика: руки, словно не имея костей, создавали волну, пальцы выгибались под странным углом. От каждого шага разноцветные юбки порхали вслед за своими хозяевами. Агнесса села на диван, и я тоже.

Никогда не видела подобных танцев. Завораживающе красиво, нежно, а затем чувственно. Мне казался в каждом движении призыв подойти, пасть к ногам, целовать.

Тряхнув головой, заметила, что и Агнесса смотрит на унжирцев влюблёнными глазами. Я снова взглянула на трио. У каждого был свой цвет волос: зеленые, красные и оранжевые. Женоподобные лица были доведены до божественной красоты косметикой. Золотистая кожа выглядела гладкой, ровной. Тонкие пальцы, узкие бёдра. Я опять поплыла, наблюдая за тем, как двигаются бёдра, как вздрагивают и шевелятся гениталии, прикрытые прозрачной тканью.