Книга Запрет на любовь, страница 87 – Елена Вилар, Вера Окишева

— Вас это не касается, миссис Джерси, - раздался голос, в котором Одри узнала Тараса. - Вы правы, это личное.

Женщина усмехнулась и, подавшись вперёд, облокотилась о стол. Ресторан, в котором они ужинали, был уютным и весьма популярным у жителей Остина. По вечерам здесь играла живая музыка,и нестройный гул чужих разговоров поднимался к невысокому потолку, украшенному затейливыми, свисающими вниз люстрами. Вся обстановка располагала к задушевным беседам.

— Вы не думайте, - меж тем продолжила миссис Джерси, - я не подслушивала, но слышала, как вы вчера ругались с отцом по телефону, - призналась женщина.

Митя невесело хохотнул, вспоминая вчерашнюю беседу с Ламбелом-старшим.

— Не знал, что в гостинице такие тонкие стены, - буркнул парень.

— Так и есть, - не поддалась на провокацию женщина.

Ей нечего было стесняться. Она и вправду оказалась невольной слушательницей неприятного разгoвора.

— Так вот, - продолжила Одри, - вы должны понимать, что каждый родитель любит своё дитя и считает, что он лучше знает, что нужно для счастья своего ребёнка. Так у всех, - глубокомысленно изрекла женщина. - И у вас будет так же, когда появятся собственные дети. Вы будете думать, что лучше знаете, что им надо,и потом вспомните себя и вашего отца, – вскинув взор на близңецов, миссис Джерси продолжила: - Он старается для вас, порой совершая ошибки. Вы тоже будете делать их, это неизбежно. Идеальных родителей нет. Каждый через свои ошибки ищет правильный подход. Я могу сказать вам одно: со стороны виднее,и мистер Ламбел очень вас любит. Просто вы этого пока не видите, но как только вы столкнётесь с такой же проблемой, когда будете воспитывать своих сыновей,то поймёте его.

Одри выдохнула, глядя на бесстрастные лица рыжих братьев, которые хоть и слушали внимательно, но явно не были согласны с женщиной.

— Поверьте, я со своей мучаюсь до сих пор. У дочери уже сын подрастает, а я всё еще не могу отвыкнуть, что она выросла и стала самостоятельной. Это сложно – отпустить своего ребёнка в свободное плавание, кажется, что без родительской опеки он не справится.

Митя, протянув ладонь, дружески похлопал по руке Одри.

— Вы прекрасная любящая мать, - участливо произнёс рыжик.

Тарас обернулся на брата и усмехнулся. Близнец включил режим ловеласа и сейчас всеми фибрами души подбадривал женщину, чтобы она не совала свой нос в их личное пространство, а занималась делами фирмы,теми, с которыми она так ответственно справлялась все дни командировки. Завтра утром они вылетали домой и злость близнецов на отца лишь распалялась. Аглаида не брала трубку, не желала их слышать.

Рыжики уже знали, что отец снял её с должности,и та не появлялась на работе уже несколько дней. Дома Аглая не ночевала. Ушла, бросила всё и явно не хотела, чтобы её нашли.

Тарас не мог не злиться на любимую, хотя и прекрасно её понимал. Она стольким пожертвовала ради отца и его фирмы, а он так по–скотски с ней поступил. Οпять решил сыграть против правил и сделал всё, чтобы сыновья не виделись с Αглаидой. Кому Ламбел-старший хотел сделать лучше? У близнецов ответа не было.

Отец получил прощальное письмо от Иды, но что в нём, не сказал. Куда могла податься дочь, Ламбел-старший ңе знал. Нанятый братьями детектив должен будет уже в аэропорту встретить их и отчитаться, куда могла сбежать Ида.