Книга Из бездны к звездам, страница 148 – Сэм Альфсен

— Холодно. Зачем руками?

А затем Риннэ без задней мысли взялся за руку Нуски и начал ее согревать.

Тяжко вздохнув, эрд быстро вернул себе самообладание. На этот раз у него было время, чтобы подготовиться ко всем выходкам Риннэ, который, казалось, не умел держать подобающую дистанцию.

— Риннэ, ты сам хоть понимаешь, что делаешь? Отпусти мою руку, это неприлично.

Нуске аж самому поплохело от своих слов. Ему бы говорить о приличиях!

— Будет неприлично, если я позволю эрду отморозить пальцы. Все остальное – лишь формальности, – поспорил Риннэ.

Взгляд рира был дерзким, но непроницаемым. Было невозможно догадаться, о чем он думал. Нуска отдернул руку, но еще долго смотрел на собственные пальцы.

Вскоре карета встряла. В прямом смысле. Снегопад только усиливался, а фасидцы не справлялись с уборкой снега, поэтому колеса увязли в сугробе. Снаружи начало темнеть, а потому и внутри кареты было невозможно что-то разглядеть. Нуска слышал лишь свое сбивчивое дыхание.

— Высший сурии, мы скоро все расчистим! Пожалуйста, подождите еще немного!

Нуска нахмурился и под нос пробормотал:

— Бесполезная груда железа.

Снаружи валил снег. Порыв ветра вздернул шторку – и холод ворвался внутрь. Нуска покрылся мурашками и вздрогнул, а Риннэ тут же протянул руку – и притянул эрда к себе поближе.

У Нуски уточки в глазах по кругу заплавали от такой выходки.

Его. Терпение. Лопнуло.

Он вскинул голову и уставился на Риннэ, а затем озлобленно спросил:

— Чего ты добиваешься?! Думаешь, первый такой?! Какое количество человек, по-твоему, я отправил за решетку за неподобающее поведение?! Хочешь быть следующим?!

— Я… в самом деле не имел в виду ничего плохого, – пробормотал Риннэ, тут же убрал руку и отодвинулся. – Я… простите. Я не знаю, что со мной. Наверное, я никогда не встречал хаванцев. Но я правда просто волновался. Вы заботитесь обо мне, а раз не хотите принимать благодарности, то я решил, что теперь буду заботиться о вас.

Нуска бы никогда не поверил в подобную чушь, если бы эти слова произнес кто-то другой. Однако Риннэ тут же отвернулся и стал соблюдать дистанцию. Даже вытащил откуда-то из-под плаща свою кошку и усадил ее на сиденье между собой и Нуской.

— Я не хотел оскорбить вас, – хриплым голосом добавил он. – Во дворце я принесу свои извинения и приму наказание.

Нуска тут же поднялся. Согнувшись в три погибели и уперевшись головой в потолок, он все же смог встать напротив Риннэ и увидеть его лицо.

Рир из последних сил сдерживал слезы, даже щеку закусил, чтобы отвлечься от переживаний.

Нуска вздохнул. Он не знал, что из себя составляют «душа» или «дух». Также он не знал, насколько Риннэ похож на Сина, сохранились ли у него хоть какие-то воспоминания. Однако можно было заметить, что в этой жизни у него были те же интересы и похожие вкусы, те же достоинства и недостатки.

Меньше всего на свете Нуска хотел, чтобы Риннэ в чем-то себя винил. Поэтому эрд решил поступить как ответственный, но бессовестный взрослый. И потому сказал:

— Ты ни в чем не виноват. Проблема во мне.

Чтобы подтвердить свои слова, Нуска наклонился ближе и мягко коснулся пальцами лица Риннэ. Он уже давно хотел это сделать – хотел почувствовать эту мягкую теплую кожу. Хотел поверить в то, что не спит. Хотел удостовериться, что перед ним – живой человек из плоти и крови, а не очередной сон.