Книга Бессонная война, страница 271 – Сэм Альфсен

Изо дня в день неся груз вины за содеянное, чувствуя себя самой грязной тварью… он вставал с кровати, приводил себя в порядок, одевался и, игнорируя вопли в своей голове о том, что он не заслужил даже кусок чёрствого хлеба, шёл и делал на благо Скидана всё, что было в его силах.

Вина. Стыд. Эта боль и это сожаление – оно съедало живьём. Оно приносило такие муки, что проще расшибить себе голову, чем сделать один шаг вперёд.

Нуска хрипло вздохнул и заткнул уши руками. А когда опустил их, голоса в голове смолкли. Он медленно, но верно приводил себя в чувства.

Да, он в который раз стал причиной чьих-то страданий. Да, он каждый день совершал так много ошибок, но хоть плётками бей – он продолжит их совершать! Да, в какой-то момент его ошибки могут стать роковыми не только для него, но и для окружающих, однако…

В этом была задумка самого мира. Так был задуман сам человек. Совершая ошибки, он мог только учиться на них. Но не совершать их вовсе – не мог.

И Нуска, разглядев внизу дерево, спрыгнул. Конечно, он зашиб всё, что мог, едва не переломал руки, а ветки очень больно располосовали лицо. Однако тело, защищённое стальной бронёй, почти не пострадало.

Залечив все царапинки до единой, Нуска вскочил на ноги и побежал в сторону дворца.

Неважно, что он сделает, но он обязан прекратить это безумие. И внезапную атаку Тиамы, и кровавое представление Сина.

«Син говорил, что не может умереть от кровопотери. Хоть он и не бессмертен, но, скорее всего, так и есть, – размышлял Нуска, пересекая одну подворотню за другой. Все эти закоулки были ему хорошо знакомы, ведь именно у стены располагались трущобы, где он жил. – Человеческое тело умещает примерно… пять литров крови? Но здесь их сотни. Это значит, что кровь в его теле, как и энергия, вырабатывается быстрее, чем тратится. Это напрямую связано с перегрузкой дэ в каналах. Его энергия настолько мощна, что не только восстанавливает, но и разрушает тело. И если его не остановить, то скорость восстановления крови будет расти вместе со скоростью восстановления дэ. А это значит…»

Нуска похолодел и даже замедлил бег.

«Это значит, что силы его человеческого тела истощатся настолько, что он либо обратится драконом, либо умрёт».

Нуска нёсся по улицам столицы, следуя к центру города. По пути ему не встретился ни один человек, а это означало, что бо́льшая часть жителей уже покинула эти стены.

«Если всех жителей выведут из города, то я смогу убедить Сина прекратить это! Ну и пускай даже сама столица разрушится – отстроят заново! Дорого, но зато все живы!»

Приближаясь к центральной площади, Нуска смог разглядеть первых людей: это оказалась группа стражников из десяти человек и, видимо, Вильна.

Ускорившись с помощью дэ, Нуска смог затормозить не сразу, а поэтому почти что влетел в первую помощницу и на глазах у ошалевших стражников закричал:

— Первая помощница Вильна, что с жителями?!

Однако выражение лица Вильны показалось Нуске странным. На напряжённом лице вдруг отразился испуг – она отпрянула, а затем медленно проговорила:

— Так ты… жив. Действительно…

— Что? – не понял Нуска.

Вильна вдруг замотала головой и нахмурилась, а затем задрала голову, вглядываясь в фигуру Сина.

— Почти все жители покинули город, но он не прекратит, пока не сдохнет. Сейчас стражники выводят людей по подземным ходам. Ты сможешь подняться в башню и убедить его прекратить? Нам хватит времени, чтобы уйти.