Книга На границе света, страница 125 – Керстин Гир

— Ты здесь давно? – спросил он. От ярости в его голосе не осталось и следа.

— Достаточно, чтобы услышать обрывки рассказа о некоем Фрее, у которого два портала в крутом особняке, – улыбнувшись, ответил я. – Порталы, выходит, можно создавать где угодно? Сколько их всего?

Хоть этот вопрос и не шёл первым в списке Матильды, но сейчас он показался мне очень своевременным. Мы с Матильдой договорились, что на этот раз я попытаюсь получить как можно больше подробных ответов. Гиацинт тоже расплылся в улыбке.

— Между Гранью и почти каждым уголком Земли существует огромное количество порталов. А вот аркадийцев, которые обладают силой создавать порталы, можно пересчитать по пальцам. По счастливой случайности наш Кассиан тоже наделён этим редким даром. Не правда ли, Кассиан? – Гиацинт подмигнул мне, будто давая понять, что прекрасно знает – сегодня туманными рассуждениями меня не удовлетворишь.

Я последовал за ним, мы обошли стеллаж и оказались у письменного стола, за которым сидела Фея и болтала ногами. На ней было зелёное платье с пёстрой кружевной вышивкой, которая почти сливалась с татуировками на её коже.

Профессор Кассиан прислонился к колонне. Он был одет в пальто, на шее повязан элегантный шарф, кисти рук плотно облегали кожаные перчатки. И он, и Фея поприветствовали меня тёплыми улыбками. Фея улыбалась так заразительно, что я не мог не помахать ей в ответ.

«Какая же заразительная эта фейская магия».

— Во-первых, портал не создашь просто по щелчку пальцев, а во-вторых, для этого надо подать запрос, который должны одобрить все члены Верховного Совета, – нравоучительным тоном произнёс профессор Кассиан.

— Именно поэтому новые порталы возникают так редко, – ехидно добавил Гиацинт. – Кассиан, неужели никто из вас никогда не подумывал создать парочку порталов безо всяких там разрешений Верховного Совета? Ты-то уж, конечно, всегда следуешь букве закона.

— Немного уважения, Гиацинт! – Фея посмотрела на сына с упрёком, но по её голосу было понятно, что перепалка не серьёзная. – Могу тебя заверить, что, если бы Кассиан ни разу не преступал закон, мир был бы ещё чуточку хуже…

— Вот он, недостаток бессмертия, Квинн, – благодушно отозвался профессор Кассиан. – Все помнят, что ты сделал тысячу лет назад, и до сих пор тебя этим попрекают.

— А что вы сделали тысячу лет назад?

Теперь заулыбались все трое, будто я только что очень удачно пошутил. К сожалению, эта шутка была понятна всем, кроме меня.

«Интересно, профессор Кассиан действительно совершил что-то особенное ровно тысячу лет назад или он просто для красоты назвал сейчас круглое число? Может, он и сам не помнил, что делал тысячу лет назад? Это же страшно давно».

Я опять задал совершенно неправильный вопрос и тут же представил, как меня отругает Матильда, потому что я снова отвлёкся на второстепенные детали. Мы же с ней составили целый список вопросов, и я должен был двигаться строго по нему.

— Смех – это лишь злорадство с чистой совестью, – вдруг раздался из угла чей-то мрачный голос. Лишь сейчас я заметил Ницше, который сидел в кресле, по-прежнему разодетый в свою парадную униформу. Его кресло было наполовину задвинуто за стеллаж.

Ницше хмуро кивнул мне. Я вежливо кивнул в ответ, но не стал отклоняться от темы: