Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 414 – Михаил Михеев

— Все, замолчите, – Сурку первому надоело слушать этот бред. – Я полагаю, мы вынуждены будем отказаться, – он обернулся к товарищам, дождался утвердительных кивков и вновь развернулся к доктору. – Мы ведь присягу давали. И потом, вы нам не особенно симпатичны, если честно. Натравили на нас Шарикова зачем-то…

— И так ясно, зачем, – влезла Леночка. – Хотел получить бумагу, с помощью которой можно было бы Сережей управлять. Компромат и все такое.

— Да, наверное. А потом списал шестерку в утиль. Нехорошо это, неправильно. Полагаю, нам стоит пройти к генералу. И вам тоже.

— Боюсь, вы не оставили мне выбора, – улыбнулся доктор.

В следующий момент рядом с ним материализовались те двое, что сопровождали его от машины. Как они смогли незаметно подобраться? Да все просто, на самом деле. Профессионализм банально переигрывает и нечеловеческие способности, и бонус в виде хорошей позиции. И в руках эти двое держали пистолеты с глушителями. Вид глядящих прямо в лицо девятимиллиметровых отверстий был исключительно неприятным.

— И как это понимать?

— Вы пойдете сами, или…

Леночка внезапно взмахнула рукой, и оба незваных гостя отлетели, как сбитые кегли. Один из них от неожиданности выпустил пистолет, оружие тут же взлетело в воздух и, перелетев через половину зала, легло аккурат в руку девушки. Два приглушенных хлопка, мозги на стенах. Леночка повернулась к доктору:

— Не ожидали?

— Это же… Телекинез?

— Вот именно. Вы доэкспериментировались, док. А сейчас видели то, на что вам в принципе смотреть не стоило. Так что извините, ничего личного.

Пистолет хлопнул еще раз, и на лице доктора так и осталась гримаса удивления, разве что приправленная дыркой посреди лба. Леночка огляделась, убедилась, что администратора кафе нет, а значит, и свидетелей не осталось. Вздохнула, разом опустив плечи:

— Что дальше будем делать?

— А ничего. Вешаем на двери табличку «Закрыто», вызываем Кузнецова. Ну а пока он едет, я предлагаю выпить еще по чашечке кофе. Можно даже с мороженым. А раз официанта нет… В общем, берем сами. Халява, господа!

Россия. Семь лет спустя

Дом выглядел игрушечным. Вроде и большой, но притом такой нарядный, что хоть на праздничную открытку фото ставь. И архитектура… Казалось бы, обычная, но притом возникало стойкое ощущение воздушной легкости. И это выделяло его из стоящих вокруг соседских вилл. Те были сплошь добротные, внушительные, производящие впечатление надежности и респектабельности. Серьезные дома, в которых живут серьезные люди. Здесь же, такое впечатление, поселился кусочек счастья, и плевать-то оно хотело на мнение окружающих.

Полтавец с минуту стоял перед воротами, ища кнопку звонка, и в конце концов преуспел в этом. Хотя, стоит признать, хозяева приложили некоторые усилия для того, чтобы незваный гость помучился в процессе и, может быть, оставил это бесполезное занятие. Авось надоест и пойдет дальше своей дорогой. Но Полтавец был человеком не только упорным, но и наблюдательным, а потому смог отыскать на кирпичном столбике маленькую пуговку, окрашенную в цвет потускневшей бронзы и практически сливающуюся с фоном.

Звонка он не услышал, но звук шагов был вполне отчетливый. Спокойные, уверенные шаги. Хозяйские, иначе не скажешь. Потом едва заметно скрипнув, распахнулась пристроенная к дверям калитка, и Полтавец смог лицезреть того, по чью душу он, собственно, и пришел.