Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 44 – Михаил Михеев

— А ну, стоять!

Похоже, охрана была бы не худшим вариантом. К победителям целенаправленно перли еще шестеро, весьма похожие выражением лиц и габаритами на пострадавших. И вид у них был самый что ни на есть недружелюбный.

Первого, атаковавшего прямолинейно, как бык, Поляков встретил очень четко. Кросс в голову с левой, очень быстрый. В тот момент противник еще только замахивался и не успел остановиться, буквально нарвавшись на кулак, что добавило удару веса. На миг Сергею показалось, что он ударил по скале, однако противник до каменюки явно не дотягивал. Он буквально сел на задницу, а потом завалился на бок. В тот момент игрок уже перешагнул через него, нос к носу столкнувшись еще с двоими.

Те явно не ожидали такой прыти и действовать начали с явным опозданием. Поляков даже не ударил, а натурально перехватил ближайшего открытой ладонью за челюсть и рванул ее вверх, от чего атакованный попросту завалился назад. Его ноги же еще продолжали движение и, опередив тело, оторвались от земли, из-за чего обладатель непослушных конечностей плашмя грохнулся спиной об асфальт. Продолжая движение, Сергей нырнул под руку второго и, оказавшись в весьма удобной позиции, слегка подкорректировал его движение навстречу декоративной металлической колонне. Вообще-то она служила опорой для фонаря, но и в качестве тормоза сработала неплохо. Во всяком случае, впечатавшийся в нее лбом хам моментально потерял интерес к происходящему и улегся рядом с товарищами. Звон при этом стоял такой, словно кто-то ненароком потревожил церковный колокол.

Что звенело громче, пустая голова или несчастная железяка, Поляков так и не понял, да и не интересовался этим особо – он как раз пробивал с ноги по гениталиям четвертому участнику веселья. Тот, здоровенный, как сарай с пристройкой, да еще и с туалетом в придачу, слегка припозднился к началу вечеринки, но это не помешало ему огрести со всей пролетарской ненавистью. Удар, выпученные глаза, тоненький полувсхлип-полуписк – и вот он оседает на колени, а потом заваливается на бок.

Поляков огляделся вокруг, мучительно соображая, где еще двое противников, и лишь потом с каким-то замедленным шевелением извилин понял: беспокоиться уже не о чем. Один лежал перед Леночкой, так неестественно вывернув руку, что ясно становилось – пользоваться конечностью он сможет еще не скоро. Второму Сурок как раз заканчивал бить по почкам. В исполнении худощавого юнца это выглядело несколько сюрреалистично, но, судя по тому, как скорчился от боли противник, результат был что надо.

— Я же говорил, что у тебя получится не хуже, – распаленному схваткой Полякову требовалось небольшое усилие для того, чтобы придать лицу безмятежное выражение. Тем не менее, как он надеялся, это удалось. – Унянчил дитятко…

— Это что такое было? – Леночка смотрела на Полякова с какой-то смесью восхищения и испуга. Сурок, к слову, тоже.

— Вы о чем?

Ему объяснили. По словам товарищей, в схватке он двигался быстро. Нет, это понятно и ожидаемо. Правильнее сказать, ОЧЕНЬ быстро, ОЧЕНЬ четко и ОЧЕНЬ эффективно. Ни одного лишнего движения, ни единого неловкого поворота. Словно робот какой-то.

Прикрыв глаза, Поляков попытался вспомнить. Увы, получалось не очень, он словно видел бой со стороны. Тело двигалось само, быстро, четко, эффективно, как ребята и сказали. И если в первой схватке, с теми двоими, что наехали на них в баре, он изначально планировал действия и работал вполне рассудочно, то второй бой не требовал от него ровно ничего. Только готовность собственно драться. Это было непривычно и не совсем понятно. Впрочем, потом. Игрок тряхнул головой и отмахнулся от надоедливых мыслей: