Книга Уж на красной сковородке, страница 10 – Валерий Шарапов

Хендерсон мрачно смотрел, как озадаченные коллеги покидают кабинет. Мягко закрылась дверь. Плохие времена, похоже, не задерживались, они уже топтались за порогом. Кто же та тварь, что так безжалостно потопталась по всему, что создавалось годами? Впрочем, анализ проблемы был не в компетенции Стива Хендерсона. Все, что он мог, — как-то смягчить жесткую посадку, чреватую далекоидущими проблемами. Не завершать же свою карьеру где-нибудь в Родезии или Сомали. Там страшно и никакого комфорта. А в Москве ему нравилось. Безопасный красивый город, озабоченные дефицитом граждане (что никоим образом не касалось сотрудников посольства), хорошая кухня, роскошные рестораны в центре столицы, вежливые сотрудники КГБ…

Сплюнув с досады, он выудил из ящика стола непочатую пачку «Мальборо», стал судорожно сдирать обертку.

— Мистер Ангус Бейли? Комитет государственной безопасности, майор Верест. Проследуйте, пожалуйста, за нами.

Мужчина в клетчатой ветровке — средних лет, темноволосый, с ниточкой усов под гордым «грузинским» носом — стал как вкопанный. Крупного страха в глазах не читалось, но досада была, что-то вроде обиды за бесцельно прожитые в СССР годы.

Светловолосый субъект в штатском показал удостоверение. Неподалеку с постными лицами мялись еще двое. Шумел Измайловский парк, гуляли люди, радиально разбегались асфальтированные дорожки. Где-то за деревьями пряталась бывшая царская усадьба, облагородить которую у властей пока не доходили руки.

— Подождите, это произвол, — на хорошем русском, но с ощутимым акцентом выдал господин. — Что вы себе позволяете?

— Не повышайте голос, мистер Бейли, — сухо отозвался подтянутый майор в хорошо сидящем костюме, — вы мешаете нашим гражданам реализовывать их право на отдых. Да, вы третий советник американского посольства, в свободное от шпионажа время вносите посильный вклад в укрепление культурных связей между нашими странами; пользуетесь дипломатической неприкосновенностью. Но давайте без этого, мистер Ангус, хорошо? Вы прекрасно понимаете, что происходит и сколько статей Уголовного кодекса вы нарушили. Вам придется ответить на несколько вопросов — всего лишь. На ваш иммунитет никто не покушается. Следуйте за нами, — повторил Верест.

— Хорошо, я последую за вами, — согласился американец. С досадой он худо-бедно справился. — Но вы же представляете, майор Верест, какой ящик Пандоры вы открываете? Последствия вашего проступка будут неисправимы.

— И все же мы попытаемся, мистер Бейли, — Верест сухо улыбнулся, — машина в конце дорожки, и не надо, прошу вас, устраивать митинги и протесты.

Взгляд американца был пристальным, сверлящим — словно он запоминал лицо человека, осмелившегося на такой бесцеремонный поступок. Не та фигура, чтобы внушать трепет. Унижать господина, впрочем, не стали — до заламывания рук не дошло. Двое пристроились по бокам, повели иностранца к машине.

Со стороны усадьбы показался младший лейтенант Коля Стеценко — молодой, вихрастый. Пока еще без опыта, но, в принципе, соображающий. Серьезные дела Николаю пока не доверяли, но на задания брали. У Стеценко имелось полезное качество, которым охотно пользовались: внешним видом и манерами он ничуть не походил на сотрудника Комитета. То есть мог задурить головы гражданам. В текущей операции Николай занимался подстраховкой и курьерской доставкой.