Онлайн книга «Уж на красной сковородке»
|
— Так вроде Полозов самоустранился, нет? — Вот скажи, откуда Зубову об этом знать? Со станций, где стоял поезд, по межгороду не позвонить. Может это сделать сейчас, добравшись до Казани, но установка уже ушла: скорбящим родственникам запрещено поднимать трубку. Коллеги и знакомые пока не знают. Дай бог, пару дней это удастся сохранить в тайне. Да и зачем Зубов будет звонить Полозову? Тот заволнуется. Тайком доехать, выполнить работу и отправляться дальше. Он точно туда приедет — если не спугнем по собственной дурости. Почему он должен выяснять, жив ли Полозов? У него и в мыслях нет, что Полозов умер. Разве не логично, а? — Не знаю, — уклонился от ответа Тимаков. — Мы просто этого хотим, и нам это кажется логичным. Есть идеи, как Зубов будет добираться до Новосибирска? — Даже думать об этом не хочу, Денис. Поездов тьма. Через Челябинск, Свердловск, Омск. Есть скорые поезда, есть пассажирские. Да хоть электричками — тоже, кстати, выход. Все они стыкуются на своих конечных остановках. Никогда не думал, что на электричке можно доехать от Вильнюса до Владивостока? Вопрос лишь в том, сколько недель это займет. Отслеживать эти потоки не хватит никаких ресурсов. Караулить на остановках — тоже ерунда. Может сойти где угодно, а до места добраться на такси. Так что ждем нашего друга в Академгородке. Сутки, двое, пусть даже неделю. Мы же понимаем, что доберемся до места раньше Зубова? — Принято, товарищ майор, — осмыслив сказанное, согласился Тимаков. — Будем вызывать этого дьявола всеми силами, чтобы явился вовремя и в нужное место. Вы еще не проголодались? — сменил тему лейтенант. — Есть предложение посетить вагон-ресторан. Вы как? — Посещали уже, — усмехнулся Верест. — И чем закончилось? Рад бы забыть, да как… Глава девятая В первую ночь дьявол не явился. Вызывали всем составом группы — не помогло. Понимали, что куча нюансов, каждую деталь не учтешь, все могло обратиться от любого незначительного события — и ищи тогда ветра в поле. Могли уже допустить ошибку или вот-вот допустят… На юге Западной Сибири стояло безоблачное бабье лето. Березы надели золотой наряд, в безветренную погоду практически не осыпалась листва. Академгородок считался одним из городских районов, но находился в тридцати километрах от центра Новосибирска, недалеко от Обского водохранилища, которое здесь весьма самонадеянно называли морем. Именно здесь, среди сосновых лесов и буреломов, ковалась научная мощь страны. Полтора десятка институтов вдоль проспекта Академика Лаврентьева: ядерной физики, термодинамики, теплофизики, органической и неорганической химии, катализа, систем информатики и вычислительной математики, а также многие другие. Если не знаешь, что это такое, то не стоит и вникать. Симпатичные улицы и проспекты, многоэтажные дома для научных работников. И все это — фактически в лесу. Воздух насыщался хвоей, и совсем не думалось, что где-то рядом работает ядерный реактор и если однажды что-то пойдет не по плану… Здесь находился самый крупный в городе торговый центр (который именно так и назывался — торговый центр), дворцы культуры, знаменитый университет. Здесь было улучшенное снабжение, очереди не завихрялись, как в городе. Работать и учиться здесь считалось престижным. Карьерные перспективы — головокружительные. Неподалеку — отличные пляжи, в лесах и водоемах — бесчисленные «дары Сибири». И чего не хватало отдельным представителям местного научного сообщества? |