Книга Уж на красной сковородке, страница 96 – Валерий Шарапов

Нас интересуют три объекта, все они связаны с горно-химическим предприятием. Это непосредственно комбинат, где производится топливо для атомных электростанций. Строящийся полигон для хранения отработанного топлива — объект, насколько знаю, в стадии завершения? Строительство тоннеля под Енисеем и постройка узкоколейной железной дороги — для удобства доставки материалов на объект. Проект согласован, разрешение получено, деньги выделены. Ведутся подготовительные работы по расчистке тайги на левом берегу и проектированию железнодорожной ветки. Это все, Виктор Павлович?

— Так точно, — согласился Корзун. — Есть пара небольших текстильных предприятий, ремонтно-механические мастерские и пимокатня… Ну, это предприятие, где валенки шьют. Жилищные конторы, магазины, детсады, две средние школы и одно ПТУ.

— Согласен, это не те места, где торгуют государственными секретами, — кивнул майор. — Установка следующая. По возможности проверять всех въезжающих в город. Задействовать ГАИ, патрульно-постовые службы. С милицейским руководством сами договоритесь или ожидаем грозного приказа из Москвы? Хорошо. Поставить в ружье все компетентные службы, и чтобы через пару часов у меня на столе лежал список возможных кандидатур на высокое звание «крота».

Меня не волнуют характеристики работников, членство в партии, их связи с чиновниками, знакомства в милицейских кругах и тому подобное. Меня волнует степень их доступа к секретным материалам. Знание всех технологических процессов, структуры производства, логистики. Используются ли новейшие, нигде не обкатанные технологии? Наши западные коллеги это страшно любят. С нашей волокитой и бесконечными согласованиями уходят годы — а у них уже все наше работает. Если сотрудник комбината посвящен в таинства полигона или тоннеля — то это вдвойне приветствуется. Понятна мысль, Виктор Павлович? Нужны люди, полностью посвященные в секреты производства. Либо имеющие доступ к закрытой информации.

Не стесняйтесь проверять первые отделы. В наше время они становятся архивами бесценных данных, а сотрудники далеко не всегда кристально чисты. При этом мы говорим, разумеется, о руководителях первых отделов или их заместителях. Мелкие сошки нас не волнуют — они не видят всей картины из-за ограниченного доступа. Начальники служб безопасности, руководители конструкторских и проектных бюро, начальники производств, кооперирующие со смежниками…

— Задача ясна, товарищ майор, сделаем, — кивнул Корзун. — Обещаю, этот список будет не на семь страниц.

— Надеюсь. Фигурантов списка нужно пасти. Пасти ненавязчиво, но плотно. Вести по городу, караулить в квартире. Они не должны почувствовать наблюдение, а также наших людей не должен заметить Зубов… Или я много требую от вас, Виктор?

— Многовато, товарищ майор, — смело признался Корзун. — Вы должны понимать: здесь не Москва, мы имеем те кадры, что имеем.

— Но не полных же бездарей? Не расстраивай меня, Виктор. Вы должны выложиться. Спрашивать за ваши ошибки буду не я — другие. Я всего лишь майор, работающий над выполнением задания. Но это дело, капитан, на контроле у самого Юрия Владимировича… Штаб — в этой комнате. Телефон, другие средства связи, личный доклад. Если я отсутствую, будет мой помощник.

Ага, адъютант его превосходительства. Что-то подобное уже слетало с губ капитана, но не слетело. Дениска сглотнул.