Книга Трагическое искажение, страница 40 – Анастасия Ватутина

— Что случилось? — спросил Петр, останавливаясь рядом с плачущей женщиной. Рот Марьи кривился, она силилась что-то произнести, но выходили только нечленораздельные звуки. Она указывала куда-то себе за спину, и Петр, кивнув Тасе, чтобы осталась с Марьей, скрылся в темном доме.

— Все будет хорошо, — пробормотала Тася, осторожно беря женщину за руку. Из-за туч показалась луна, на мгновение осветив ее лицо, и Тася в ужасе отпрянула.

За спиной послышался шорох гравия, и луч фонаря прорезал темноту.

— Твою мать! — Выругался подошедший сзади Антон.

Тася с трудом сдержала рвотный позыв, когда в свете фонаря на одежде Марьи разглядела фрагменты костей и чего-то мягкого. Что именно это было, Тася старалась не думать.

— Уведи ее, — скомандовал Антон, передавая фонарь Тасе. Сам же он вслед за Петром скрылся в доме.

Дрожащей рукой Тася взяла Марью под локоть и помогла спуститься по ступеням. Она думала, что та будет сопротивляться, но Марья покорно шла вслед за ней.

В холле гостиницы их встретила бледная Алена, которая при виде Марьи вскрикнула и зажала рот ладонью.

— Нужно умыться, — с трудом выдавила Тася. Она отвела Марью в уборную на первом этаже и помогла смыть с себя кровь. Алена появилась на пороге, сжимая в руках гостиничный халат.

— Вот, — шепнула она, передавая Тасе одежду, и выскочила в холл, жадно глотая ртом воздух.

Марья покорно сняла запачканную кровью футболку и облачилась в гостиничный халат. Она перестала всхлипывать, и на место истерики пришло пугающее отупение. Марья напоминала Тасе Вику в тот день, когда ее нашли на острове — человеческая оболочка, пустая внутри.

Откуда-то появился всклокоченный ночной администратор, который, увидев на полу кучу окровавленной одежды, быстро выбежал на улицу.

— Я сделаю чай, — Тася усадила Марью на голубой диван в холле и, попросив бледную Алену приглядеть за ней, отправилась на кухню.

Водрузив на плиту чайник, Тася склонилась над широкой металлической раковиной и плеснула в лицо ледяной воды из-под крана. Желудок все еще опасно скручивало, но она старалась глубоко дышать и направляла все силы на то, чтобы не думать о том, что могло произойти в гостевом флигеле.

Хлопнула парадная дверь, и в холле послышались голоса мужчин. Тася бросила прямо в чашку листья заварки, плеснула кипятка и вышла из кухни.

Петр стоял у двери, сложив на груди руки. Он был бледен, но в целом выглядел спокойным. Антон же, напротив, относился к той категории людей, которые во время стрессовых ситуаций начинают болтать без остановки, боясь остаться наедине со своими мыслями.

— Я вызвал полицию, — сказал Петр, обращаясь к Тасе. — Вам лучше пока разойтись по номерам.

— Мы уезжаем прямо сейчас, — рявкнул Антон, в очередной раз громко выругавшись.

— Не думаю, что это разумно, — спокойно возразил Петр. — У следователя могут возникнуть вопросы, поэтому до утра никто не покинет усадьбу.

Антон хотел было возразить, но Алена взяла его за руку и потащила к лестнице.

— Можешь побыть с ней? — тихо спросил Петр, подходя ближе к Тасе и кивком указывая на съежившуюся в уголке дивана Марью.

— Конечно, — кивнула она. — Что произошло? Иван, да?

— Да, — скорбно кивнул Петр.

На улице послышался шум колес, и за темными окнами засверкали синие огоньки полицейской машины.