Книга На полпути к падению, страница 51 – Виктория Цой

Сколько прошло времени с момента поцелуя, не знали оба. После они стояли молча, безотрывно с улыбками любуясь друг другом. Он видел каждую отражающуюся на её лице эмоцию: сомнение, борьбу, нерешительность. Несколько шумных вздохов, а затем она затараторила так, что Романовский понял: никогда её не отпустит.

— Прости меня. Не знаю, что между вами произошло, хочу сказать одно: чтобы там ни было, я верю тебе. Верю, ты бы никогда не ударил просто так. Верю, ты бы никогда не стал говорить обо мне плохо. С Вовой у меня ничего нет. Мы просто друзья.

Аня говорила торопливо, трясясь от волнения, и напоминала осиновый лист, а он как дурак не мог оторвать от неё восхищённого взгляда. До чего же особенной была Аня! От её слов на душе становилось в разы легче. Задышалось свободней, будто освободили от оков. Она здесь, значит он был ей не безразличен.

— Ты удивительная, — сказал Альберт. — И, кажется, я готов слушать тебя бесконечно.

Она опешила, широко распахнула свои в этот момент сапфировые глаза, и мир вокруг приобрёл ценный смысл.

— Ты больше не злишься на меня?

— Я никогда не злился. Скорее на себя, за то, что не сдержался.

— Вы теперь не разговариваете? — обеспокоенно спросила Аня. — Это всё из-за меня.

— Нет. Просто с Вовкой не просто, но ты не должна переживать. Оставь это нам. Мы сами разберёмся.

Романовский не отпускал Аню из своих объятий, прижимая к себе крепко. Он тоже скучал по ней. Думал не переставая, видел во снах, даже наяву пару раз спутал других девушек с ней. В школу не ходил, потому что боялся не выдержать ещё раз тот испуганный взгляд. Вспоминал тот момент, и сердце буквально разрывалось на части. А когда пришёл к выводу: так больше продолжаться не может, иначе и мать узнает о прогулах, к ней на работу явилась классная руководительница с вопросом, почему он не появляется в школе. Альберт какое-то время отмалчивался, затем спокойно заверил, что всё под контролем. Их отношения с матерью строились на доверии; Екатерина Ивановна уважала любое решение сына, не нарушала личные границы, но с одним лишь условием: никаких поспешных и тем более необдуманных решений, только хорошо взвешенные. Так было и в этот раз. Мать позвонила классной и сказала, что он приболел.

— Ал! Ты тачку мыть собираешься? Клиент как бы ждёт.

— Уже бегу! — крикнул в ответ. — Я должен идти.

Отпускать Аню не хотелось. Хотелось до безумия схватить её в охапку и уйти с ней.

— Увидимся в понедельник? — смущённая, с раскрасневшимся лицом спросила девушка. Впереди было целых два выходных. И впервые Альберт пожалел, что завтра не надо в школу.

— Слишком долго. Я заканчиваю в девять.

— Моя тётя сегодня на смене в больнице.

— Я буду, — пообещал Альберт, чмокнув девушку в губы.

— Я буду ждать.

Они попрощались, и у каждого на душе было солнце.

Остаток дня тянулся неторопливо. Поздняя осень — сезон грязных автомобилей. Очередь не заканчивалась, только увеличивалась. Вместо трёх работали два бокса. Работа неблагодарная, тяжёлая, и платили так себе, но всяко лучше, чем промоутером. Там скучно, и люди попадаются не в настроении, хамят. Только одна мысль об Ане помогла скрасить рабочую смену. Получается, они теперь вместе? Получается, у него есть девушка? Да… И он теперь занят. Альберт никогда не планировал заводить отношения, тем более серьёзные, ведь чувства — это не про него. Любовь — слабость, она мешает в достижении цели. С ней ты уязвим, и она сбивает с пути. Но что делать, если уже попался? Так он считал до встречи с ней. Сейчас понимал: все проблемы в голове. С Аней он наоборот станет сильнее. Потому что он любит, потому что он счастлив впервые, как никогда за свои семнадцать лет!