Книга В плохих парней не влюбляются, страница 89 – Даша Коэн

Я прижала ладони к вискам. Выдохнула через рот раскаленный воздух, которым дышала с тех пор, как прошла на территорию института. А затем спросила:

— Какие фотографии?

— Посмотри сама…

И все-таки всучила мне в безвольную, будто бы задеревеневшую руку свой мобильный, где был открыт какой-то сайт. А там — жесть, как она есть. И на глазах моих вопреки всем данным себе некогда обещаниям навернулись жгучие слезы.

Потому что на снимках действительно была я.

В полотенце. В том самом, что с меня в душевой стаскивал Царенов. В том самом, в котором я вернулась в раздевалку. Я не понимала, кто и как заснял меня. Но это сделали. Качественно. В разных ракурсах. И теперь этими фото пестрела вся страница!

Они же раскаленным тавро выжигали уродливое клеймо "неудачницы" на моей гордости!

Боже…

Я схватилась за стену, чтобы не упасть. Меня замутило. Сильно! Перед глазами заплясали черные мушки, а на языке проступил явный привкус горечи. Я видела, как с моих глаз сорвались две крупные соленые капли, падая на начищенный до блеска паркет и разбиваясь на нем.

Почти так же, как и я только что.

Вдребезги!

— Тут уже и ставки есть, Марьяна. Какой-то мужик заломил восемьсот косарей, его со вчерашнего вечера никто не перебил, — шепотом произнесла Сафонова, но я уже не слушала ее, просто анализировала факты — тайминг, слитые в сеть фотографии и угрозы в мой адрес "если не моя, то ничья".

Сволочь!

Жалкий трус!

Мерзопакостный слизень!

Внутри у меня что-то с громким хлопком лопнуло так, что заложило уши. Но холодная, отрезвляющая ярость уже разлилась по венам, смешиваясь в термоядерную смесь со стыдом и обидой. А дальше я решила, что найду одного гнусного мажора и плюну ему в рожу.

Смачно!

Я крутанулась на месте и бросилась прочь из раздевалки. Как раз тогда, когда по гулкому холлу института разлилась оглушительная трель первого звонка. Но мне было в высшей степени не до учебы в данный момент.

Я думала мне придется искать эту венценосную падаль, но нет.

Он ведь от меня даже не прятался. Ввалился на пары в компании своей свиты, весело хохоча и улюлюкая. Ему и дела не было до того, что он кому-то испоганил жизнь. Подумаешь, верно? Главное, его мир не пошатнулся, и он все-таки смог отстоять свое поруганное эго.

Отомстил девочке просто за то, что она не оценила его низкопробного внимания. Молодец! Мое браво, черт возьми!

Я зло стерла со щек следы того, что у него все-таки получилось сделать мне больно. А затем целенаправленно пошла за ним. Именно туда, где он скрылся со своими верными приспешниками — в спортивное крыло и в мужскую раздевалку.

Но перед самым входом я резко затормозила, будто бы врезавшись в бетонную стену. Потому что дверь была не закрыта, а за ней — смех.

Громкий!

Издевательский!

И диалог, который не оставил мне никаких сомнений: эти уроды обсуждали меня.

— Ну что, Царь, как там дела на западном фронте? Неприступная Крапива пала или еще нет? — голос Бени резанул мои и без того растерзанные нервы.

— Или пока еще ноги бреет? — задохнулся от смеха Исхаков.

— Не, она трусы наглаживает, — перебил его Асхадов.

— Целка поди еще, да? Стесняется…

— Не надо стесняться…, — хором потянули они всем знакомую строчку из популярной песни и дружно заржали.

— Ничего, Царь ее разработает.