Книга Мой ласковый и нежный ... эльф, страница 66 – Елизавета Соболянская

Через несколько часов мэллорн зашуршал листвой, сообщая о госте. Готовый к переходу в человеческое королевство Эллиас выглянул из дупла, прихватил теплый плащ и сумку, погладил дерево по шершавой коре и вышел за границу защитного древесного круга.

Маг-портальщик уже ждал.

Знакомая форменная мантия, тонкие пальцы, слегка вымазанные чернилами, худощавая фигура не воина, но книжного червя. Только лицо незнакомое, но за десять лет при Дворе появились новые лица.

— Благословения Леса! — привычно поздоровался Эллиас.

— Благословения, Идущий, — отозвался маг. — Человеческие земли, город Лучегорск?

— Да, — сказал Эллиас, немного напрягаясь. Предыдущий портальщик появился возле дома практически бесшумно и незаметно. Перенес точно, не спрашивая координаты. Почему этот интересуется? Передали приказ без уточнений?

— Прошу, — маг уже открыл окно портала — неровное, пульсирующее, какое-то трескучее, и заторопил: — У меня сегодня уже пять переносов, лорд, поторопитесь!

Эллиас шагнул ближе, остановился и… влетел в портал от сильного толчка в спину. Последним, что он услышал, было громкое:

— Пошел! — сказанное на удивление знакомым голосом.

Праздничный прием завершился, гостьи разошлись, озадаченные новостями, и Марианна осталась одна.

Где-то на кухне еще хлопотали слуги, убирая остатки угощения, допивая вино из кувшинов. В приоткрытые окна спальни тянуло вечерней свежестью, издалека доносились пьяные песни горожан и легкая перебранка стражников. Герцог сдержал слово и оставил возле дома пяток солдат с десятником во главе — во избежание проблем.

Виконт, конечно, сидит в тюрьме, но кто знает, вдруг у него остались тайные сообщники? Да и береженого боги берегут.

Баронесса вздохнула, прикрыла окно и легла в кровать. Холодную, пустую и слишком большую для нее одной семейную кровать баронов дю Сольм.

По семейному преданию все наследники рода были зачаты и рождены на этой кровати. Якобы когда-то давно мастер, вырезавший изголовье, пообещал, что, пока новобрачные зачинают детей на этой кровати, род не прервется…

Отец и мама верили в эту легенду, когда старший брат привел в дом жену — уступили им свою спальню на первую брачную ночь. Отчаянно мечтали о внуке, но вскоре началась война, и всем стало не до того.

Руки Маришки сами поднялись, чтобы погладить выпуклую резьбу, и с губ сам собой сорвался вздох — где же Эллиас? Где этот чертов эльф, когда он нужен тут?

Тяжелый взор герцога не особо беспокоил ее — Корбет умел сдерживать порывы, и, если уж дал слово, сдержит его, но все остальные жители Лучегорска… Как им объяснить пропажу новоиспеченного барона? Баронесса вышла замуж, вернула магию и съела мужа в первую брачную ночь?

Вздохнув, Марианна прижала к себе подушку и уснула, увидев во сне Эллиаса! Эльф молча и яростно сражался с какой-то шипастой тварью, мерзкой и перемазанной в тине. Сам он по бедра застрял в отвратительной даже на вид грязи, но увлеченно рубил шипы коротким мечом, успевая выращивать из жидкой грязи мутные, но острые ледяные пики.

Марианна присмотрелась к сражению — не как взволнованная жена или женщина, а как боевой маг — и поняла, что эльф борется с каким-то порождением чудовищных Карийских болот. Особенностью этой общемагической помойки было то, что рожденные в недрах болота твари часто были похожи на огромных магических амеб или гидр. А значит, могли отращивать новые конечности, пока хватало ресурсов тела.