Книга Подснежник для сурового Апреля, страница 26 – Тиро Томое

Наш путь окончился в гигантской спальне, размерами с актовый зал в универе. Девы, всё так же сохраняя молчание и не поднимая глаз, бесцеремонно содрали с меня одежду, а потом увлекли в ванную комнату. Кажется, тут явно использовалась какая-то магия, потому что я молчала, вместо того, чтобы громко вопить о произволе и сопротивляться.

Меня погрузили в ароматную воду горячего бассейна. Обливали чем-то маслянисто-ароматным, мяли, жамкали, поливали водой, снова мяли и жамкали…я только успевала вдохнуть глоток живительного воздуха в промежутках между экзекуциями. Всё, что мне оставалось, это бросать злобные взгляды на распоряжающуюся издевательским купанием данэй. Но той мои взгляды были до фонаря. Она отдавала резкие команды, а девы ей послушно подчинялись.

Наконец, купание закончилось.

Девы выволокли меня на сушу, бросили на кушетку, а за дело взялась данэй. Снова в ход пошли массажные техники, только теперь они были не в пример грубее, того, что я испытала при первой нашей встречей с серой дамой. Данэй проводила пальцем по мышцам, а следом следовал лёгкий электрический разряд, от которого мышца сокращалась, вызывая резкуую боль.

— Эй! — я брыкнула ногой, пытаясь отогнать садистку, но тут же распласталась на кушетке.

— Терпите, эйна, терпите, — скомандовала данэй, в очередной раз тыкая в мышцу, — у вас страшные зажимы. С такой мышечной структурой вы провалитесь на первом же этапе.

— Ну и провалюсь, — завопила я, — вам-то какое дело?

— Я буду наказана.

— За что?

— За неисполнение своих прямых обязанностей, — равнодушно ответила данэй, словно страх наказания её совершенно не беспокоил.

А я заткнулась, потому что вспомнила, что и я буду наказана. Выпнут меня на мороз, а там главы благородных Домов уже ждут с распростёртыми объятиями. Ещё и данэй за собой утащу из-за своей ошибки. Поэтому стиснула зубы и продолжила терпеть, издавая слабые стоны, когда боль становилась особенно сильной.

И как не странно, вскоре боль ушла, сменившись лёгкостью во всём теле. Данэй тщательно разминала мышцы, а я поняла, что вечно ноющий затылок и скованность в спине, ощущения, которые я привыкла не замечать, исчезли без следа.

— В спальню, — скомандовала данэй.

Я ощутила, как руки подхватили меня, поднимая и заматывая в простынь.

— Я сама дойду, — смело заявила я, вырываясь, — сама…

Но тело отказалось меня слушаться. Все мышцы внезапно стали мягкими, как вата.

— Что со мной? — промямлила я.

— Релаксация, — ответила данэй, — полное расслабление мышечного корсета. Так нужно, чтобы за время ночного сна, тело впитало в себя благотворные энергии. Утром вы будете сильны и проворны, эйна.

Девы вынесли меня из ванны, уложили на кровать, надели на меня маечку и короткие шортики, расчесали спутанные волосы, заплели их в косу. На лицо снова шлёпнули ароматную тряпку с прорезями для глаз и рта, но, видя, что я всё время зеваю, вскоре убрали её. Яркий свет, который заливал спальню, стал угасать. Девы накрыли меня тёплым одеялом и, выстроившись в идеальную шеренгу, покинули комнату. Осталась только данэй.

Она бесшумно передвигалась по комнате, опускала тяжёлые занавеси на тёмных окнах, поправляла подушки на низеньких диванах, которые и так стояли совершенно безупречно. Меня одолевал сон. Я несколько раз моргнула, пытаясь сформулировать вопрос, вертящийся на языке. Зевнула…