Книга Подснежник для сурового Апреля, страница 78 – Тиро Томое

За дверью дежурила данэй. Она склонилась в глубоком поклоне. Явно ждала приказаний, но я только предупредил на ходу:

— Для эйны я архивариус. Из дворца деву не выпускать. Строго проверять каждого приходящего.

— Слушаюсь, мой хрейдмар, — донеслось мне вслед.

Я вышел в рассветное утро. Холодный воздух приятно холодил обнажённую кожу, напитывая меня силой. Я несколько раз глубоко вдохнул, изгоняя остатки сна из тела, а потом открыл портал в Динллуд.

Маргарита, дворец Подснежника

Данэй сегодня была особенно хмурой и неразговорчивой.

Наверное, не стоило оставлять архивариуса на ночь. Но как его можно было отпустить в таком состоянии? Что я, зверь какой, чтобы больного человека выгонять голым на мороз?! Да и как бы я его выгнала, если дверь была запечатана, а данэй не отзывалась.

Рик ушёл до моего пробуждения. Может он столкнулся с данэй и они от души повздорили?

Вообще, странная какая-то ситуация. Вместо врачей в моей комнате сидел человек, далёкий от медицины. Ну как «сидел», валялся в злых корчах, а рядом никого. Где вообще была данэй, раз я её дозваться не смогла?!

Стоило только предъявить свои сомнения данэй, как она вспыхнула и потупила взор, а потом и вовсе замолчала, открывая рот только для отрывистых команд девушкам-помощницам. Со мной данэй совсем перестала вести диалог.

Как-то это всё подозрительно…

Перестрадав утренние процедуры, хмурую данэй и завтрак, я улизнула в дальнюю комнату, где поселились семена, доставшиеся мне в первом испытании.

Они давно превратились в сильные растения. Гибкие плети вытянулись вверх, покрылись ажурными листьями и выкинули несколько десятков плотных бутонов. Сколько я не пыталась определить вид растений, всё время заходила в тупик. Точно не мальва, хотя ствол такой же крепкий. Тем более не арбуз, хотя ажурные листья были копией его листьев. И даже близко не роза, хотя форма бутонов неотличима.

В общем, местная флора странного вида. Но вполне симпатичная, хотя и растёт с невиданной скоростью

Сейчас я уже перестала искать в цветке сравнений с домом, а просто трижды в день поливала водой из кувшинов.

— Привет цветочки, — привычно поздоровалась я с растениями, — как спалось?

Растения ожидаемо молчали. Я взяла белый кувшин, почувствовала привычную тяжесть и вылила прохладную влагу в белый горшок, под самые корни растения.

Подождала, пока вода впитается и добавила ещё немного. Вчера, например, я пропустила вечерний полив, так что сегодня попыталась его восполнить.

Растение отреагировала вяло. Обычно после полива, оно резко начинало тянуться вверх, выпускало несколько новых маслянистых листочков, и, если повезёт, то и один-два бутона. Сейчас же, оно только всколыхнулось, затрепетало ажурными листьями и замерло.

— Бли-ин, — расстроенно протянула я, ощущая себя виноватой перед растением, — так вот почему нельзя пропускать полив! Вы болеть начинаете…

Не теряя времени, я вернула белый кувшин на место и подхватила синий, щедро плеснула воду во второй горшок и только теперь поняла — воды в синем кувшине стало гораздо меньше, чем раньше.

— Это ещё что такое? — я заглянула внутрь кувшина.

Уровень воды едва достигал середины. Я нахмурилась, поставила синий кувшин на пол и заглянула в белый. Полный, как обычно. Растерянно подошла к синему — воды не прибавилось.