Книга Подснежник для сурового Апреля, страница 82 – Тиро Томое

Теперь выросла и последняя стена, окончательно спрятавшая от меня внешний мир. Над головой привычно застрекотала стрекоза. Я, сгорая от нетерпения, потянулась к мешочку. Интересно, что там такое сокровенное, о чём так пафосно вещал старик? Дёрнула завязки и опешила от увиденного. С губ сорвался нервный смешок.

Глава 39

Маргарита. Большая Арена, третье испытание

— Быть этого не может, — я растерянно смотрела на крупу, — так легко?

Всё ещё не веря своей удаче, посмотрела, что принёс мне стол. Небольшая кастрюлька, рядом примус с изящными лепестками над горелкой; тарелка тончайшего фарфора, серебряная ложка; мерная кружка и фарфоровая ложка. Кувшин свежего молока, сахар, соль, масло в хрустальной маслёнке, горсть ягод малины в пиале. От малины шёл непередаваемый дух жаркого лета, такой сильный, что во рту собралась голодная слюна. Не удержалась и сунула ягоду в рот. Сочная ягода взорвалась, растекаясь сладким соком. Я облизнула губы, слизывая малиновую кровь, и улыбнулась — готовить предстоит манную кашу!

Малюсенький примус сам собой вспыхнул.

— Время пошло, — заключила я, подхватывая кастрюльку и ставя перед собой.

Испытание, посланное самой Богиней, покажется игрушкой для любого выходца с земли. Женщины, с презираемого местными Манескера, готовят эту «важную» пищу практически ежедневно, а уж если в доме завёлся младенец, то крупа, о которой с таким воздыханием вещал старик, дома не переводится.

Я подтянула мешочек, растёрла между пальцами идеальные крупинки манки, а потом засмеялась в голос. Представляю, как я выглядела со стороны: с безумным взглядом, всё ещё не верящая в свою удачу, растираю крупицы священной крупы между пальцами! Хорошо, что не видит никто.

— Блин, стрекоза, — спохватилась я, и лучезарно улыбнулась, поворачиваясь на стрёкот её крылышек.

Что ж, манка и впрямь довольно капризная еда. Брр, как вспомню эти жуткие комочки или, что ещё хуже, ломоть застывшей каши, политый приторным клубничным вареньем, названный «десертом» и поданный на полдник! Ужас просто.

Ну что ж, товарищи инопланетяне, я вам покажу, как манную кашу варить надо, чтобы без комочков! Знаю я одну уловку, простую, как дважды два и от того гениальную!

В кастрюльку налила молока, отмерила соли и сахара, а потом туда же всыпала лелеемую местными манку. Тщательно размещала, чтобы манка как следует напиталась молоком и только потом поставила всё на огонь.

Теперь нужно только перемешивать содержимое кастрюльки и не зевать, иначе комочки всё равно получатся.

Этой хитрости меня научил Липатыч, когда мы ходили в походы. На костре сильно не разгуляешься, то молоко сбежит, то манка скомкуется. Времена в тот период уже были нелёгкие и каждая крупа была на вес золота. Мы, конечно, молодые и голодные, набегавшиеся на свежем воздухе, съедали всё, даже комкованную кашу, но Липатыч во всём любил порядок.

Он, недовольно качая головой, съев очередной завтрак, сказал, что завтра сам встанет кашеварить, а я пойду к нему в подмастерья. Я сначала запротестовала, но Липатыч веско объяснил, что после детдома меня ждёт новая жизнь, в которой я должна уметь если не всё, то хотя бы многое.

Потом, гораздо позже, я была очень благодарна Липатычу за науку, а сейчас просто была готова расцеловать немногословного старика.