Книга Подснежник для сурового Апреля, страница 86 – Тиро Томое

До этого была простая разведка боем. Здесь же комары чётко отбирали боеспособных мужчин.

Но на неопределённость тварь напала. Натравил кто-то или тот неразборчивый комар был из старой партии?

— Хрейдмар, — рядом возник хмурый сотник, — следы опять ведут на Суммишиму. Да, как я погляжу, ты и сам уже это понял.

Я кивнул, не отрывая взгляда от заснеженных склонов священной горы, на которую медленно вползал сизый туман, пряча следы мадура.

— Не гора, а рассадник нечисти, — проворчал Хан, не особо ожидая ответа, — что в мире сломалось, что гора Богини стала угрозой?

Я резко развернулся на месте и пошёл к длинному сараю, в который свезли всех пострадавших. Хан безропотно последовал за мной.

— Где ург?

— Дык, на месте. Следит, чтобы окна капитально законопатили. Боится, что полезут все, как один, и на люд простой нападать начнут. Лютует ург.

— Сколько твоих людей сейчас свободно?

— Двадцать человек, хрейдмар. Остальные прочёсывают территорию.

— Хорошо, отбери десятерых. Скоро вы мне понадобитесь.

— Слушаюсь, хрейдмар.

Хан свернул в сторону, а я вошёл в сарай. Внутри витал странный сладковатый запах, раздражающий до невозможности. Между кроватями бесшумными тенями сновали серые. Светлых сюда не допустили. Спасибо нападению на неопределённость, теперь ясно, как их лечить. Иначе чистая магия служительниц светлой Богини, угробила бы всех людей, покусанных стеклянными тварями. Сейчас хотя бы есть надежда, что хоть кто-то из пострадавших выживет.

Я поискал взглядом урга. Он стоял недалеко от дверей, устало прислонившись к стене, и смотрел вперёд, отслеживая малейшее шевеление укушенных.

— Эдвард, — позвал я негромко.

Ург обернулся. В тусклом освещении тени под его глазами, отпечатки бессонных ночей, выглядели пугающе.

— Эрик, — он улыбнулся краешком губ, отлепился от стены и подошёл ко мне, — выследил?

— Опять гора.

— Я не ошибся, — вздохнул ург, — ты же знаешь, на поиск следов я хреновый нюхач. Мне с людьми работать гораздо проще, но даже я учуял, что зомбак припёрся с её склона. Какая паскуда им путь открывает каждый раз?

Эта мысль и мне не давала покоя. Барьеры вокруг города, барьеры на самой горе, везде барьеры…

— Если бы я только знал. Придётся идти.

— Куда, тарховы яйца? — оскалился ург, — я сам пойду.

Я ухмыльнулся, хлопнул Неда по плечу.

— Предлагаешь спрятаться под кроватью и визжать, как сучка, пока другие делают мою работу? Ты меня за кого держишь, ург Каэрллиона?

Нед только сейчас понял, что ляпнул. Дёрнул головой, скривился недовольно.

— Прости, Эрик. Забылся.

— Тебя прощаю. Кому другому башку бы уже снёс. — вздохнул я, — пойдём, поговорим. Душок тут мерзкий.

— Воняет гадостно, согласен. Кажется, нужно уменьшить обогрев сарая, — оглянулся ург на ровные ряды кроватей с зафиксированными на них людьми, — пока топить не начали запаха не было.

— Гнить, что ли начали? — заподозрил я неладное.

— Да кто их знает? — ург устало провёл ладонью по лицу, — ненавижу свою гнусную работу. Искать предателя в нечистотах, копаться в испражнениях и ошмётках тел…

— Кому-то надо этим заниматься, Нед. И довериться я могу только тебе. Пошли.

Мы вышли под тяжёлое свинцовое небо, которое грозило вот-вот разродиться снегопадом. Морозный воздух уничтожил мерзкий запах сарая, освежил голову. Пройдя несколько шагов, я знаком приказал Неду остановиться и возвёл вокруг нас купол тишины. Теперь никто не сможет услышать наш разговор, даже если очень захочет.