Книга Фамильяр с подвохом, страница 54 – Александра Ибис

Титарий рассказывал о могуществе огненных драконов с такой гордостью, что мне захотелось немного приспустить его с небес на землю. Напомнить, что ему, такому могущественному, помогла ведьма-недоучка. Обработав полученную информацию, я была в состоянии, чтобы сказать:

— Получается, что они – единственные, над кем вам не удалось установить покровительство. Их есть за что уважать.

— Но и почему бояться, ведьмочка, - мрачно отметил Титарий. – Они холодны, как их стихия, жестоки, как лютый мороз, беспощадны, как сносящая с ног метель. Они заманивали моих драконов и ведьмаков в ловушки с острыми льдинами, они приманивали мирное население в Костяные Горы, где им не выжить в одиночку, чтобы мы тратили силы и магию на их защиту, а не на противостояние врагам.

Титарий ушёл… казалось, очень глубоко в себя. Его глаза светили, как угольки в затухающем костре, его руки искрились, а тон… как у рассказчика в походе, повествующего о кошмарах за поздним ужином. Дракон держался легко, но мне не стоило выкидывать из головы то, что он оказался здесь не по доброй воле. Он резко, так, что мне послышался хруст, вскинул голову на Артамона. Потёр подбородок, прежде чем спросил:

— Я правильно понимаю, что после того, как Очарованная практически потеряла Кальварексов, Костяные Горы были уступлены Королевству Снегов?

Артамон видел в драконе и его эмоциях наверняка больше меня, однако сумел выдержать тяжесть его взора и ответить твёрдо:

— Да, и сейчас они хотят присвоить себе стихийные шахты.

Фамильяр стиснул руки в кулаки.

— И ты наверняка с энергией молодого плута им мешал, дорогой друг? – Титарий не стал подавлять не сулящий ничего доброго смешок.

— Очевидно, что да, - Артамону словно моторчик в организме завели, потому как он начал ходить туда-сюда, как кукла с негнущимися частями. – Я и раньше считал, что они стоят за моим попаданием сюда, но что они уже ссылали в этот мир неугодных им противников, ещё и Кальварексов, стало болезненным открытием.

— Ты умеешь признавать, что что-то причиняет тебе боль, - прервал его Титарий. – Это полезное качество.

Артамон затормозил, подняв облачко пыли и стерев сапоги до искр. Холод охватил меня с головы до пят. Я потёрла друг о дружку пальцы – они были ледяными, как сосульки за пределами склепа. В поисках тепла, я невольно приблизилась к Артамону, и тут же поняла, что причина того, почему мне резко стало не по себе именно в нём – огненный дракон не излучал то же тепло, что прежде, только сапоги неприятно пахли от неудачного движения. Он смотрел на Титария, будто хотел просверлить его каменное лицо глазами, как дрелью. Титарий Кальварекс (ну и имечко, пожалуй, «Артамон» для меня звучало куда приятнее!) дёрнул уголком губ, заметив нашу реакцию. Он излучал опасность – и вместе с тем, через Артамона я ощущала, что она направлена не на нас. Мой фамильяр остерегался Титария, но не потому, что тот хотел навредить нам, а потому, что его реплики кричали о прошлом, в котором было достаточно плохого.

Гарри, который был с Титарием столько времени, и тот его остерегался!

— Ты узнал, насколько оно полезно, благодаря собственным провалам? – напрямик спросил Артамон. Я обхватила его предплечье напряжённой кистью.

— Более чем одному, - Титарий согласно прикрыл веки. – Костяные Горы пугали всякого, но, как огненный дракон, я должен был вселять в других уверенность. Я боялся, но не признавал этого пред своими бойцами. Из страха я отдавал неверные приказы и погубил в тех горах слишком многих. А остальные, как я теперь узнал, спасибо вам, оказались потеряны и без меня.