Книга Демоны города масок, страница 101 – Юлия Арвер

— Ему известно, что вы здесь. – Тир удрученно покачал головой и брезгливо покосился на пленника. – Он поставил Иссуру условие: в обмен на помощь мой брат должен передать вас воеводе Нарама живой.

— Все это только ради меня?

— Айдан не успокоится, если вас убьет кто-то другой, – произнес предатель, и в его голосе я услышала едва сдерживаемый гнев.

Предатель прав: Айдан мечтал убить меня лично. А я мечтала убить его.

Амаль

Когда часы вплотную подобрались к полуночи, дом наконец затих. До глубокой ночи прислуга сновала из угла в угол, готовясь к завтрашнему балу в честь помолвки воеводы. Тир тоже не спал допоздна, лично присутствуя на допросах подельников Иссура, которых удалось поймать сыскарям войск правопорядка.

За пять дней, прошедших со злополучного бунта, в тюрьму попали семеро зачинщиков и пара молодых дворян, которые помогли открыть ворота изнутри. Увы, ничего нового от них узнать так и не удалось. Иссур не доверял пешкам, пусть даже стоящим чуть ближе к нему. Уж он-то знал о даре своего брата, ведь сам обладал таким же.

К предателям среди знати Тир не проявил милосердия. Отправил императору прошение лишить дворянских титулов членов семей опальных юношей, отобрал все родовое имущество и выслал из Миреи. Два семейства покинули столицу под конвоем и без гроша за душой. Их пристанищем станет Фадаят – провинция ссыльных преступников. Этим жестом воевода наверняка заставил остальных продажных аристократов задуматься, стоит ли симпатия к Иссуру такого риска.

Я искренне рвалась помочь в расследовании, но Тир распорядился не выпускать меня из имения. Беркуты, обеспокоенные надвигающейся опасностью в красных одеждах, воодушевленно подчинились приказу воеводы. Как и Брай, помощник Тира. Старик следил за мной таким пристальным взглядом, будто ждал, что вот-вот из моего тела появится демон и сожрет его ненаглядного воспитанника.

Тиру охотно помогал предатель, ускользавший из корпуса навиров под благовидными предлогами. Императорские псы не расследовали ничего, что не касалось колдовства и не было прямым поручением императора, потому дружок Тира рисковал своей шкурой, влезая в дела воеводы и юрисдикцию стражей правопорядка. Ночи напролет он прочесывал злачные места столицы, выискивая крыс Иссура. Четверых из семи зачинщиков поймал именно предатель, отчего зубами от злости скрипела не только я, но и Ансар.

Сегодня меня ждал Мансур, поэтому я старалась не показываться на глаза Тиру и весь вечер провела в своих покоях.

За дверью дежурили Данир и Туган. Игла вальяжно развалилась в кресле и дремала. Когда с левого берега послышались далекие двенадцать ударов, я проверила крепление кинжала, заткнула за пояс матерчатые перчатки и плеснула кровью Мансура в огонь.

Языки пламени взметнулись и вгрызлись в камень каминной топки. Игла подскочила в кресле и смачно выругалась по-старонарамски. К своем стыду, я не знала перевода этих слов, но злость, с которой она их выплевывала, стала лучшим переводом.

— Не теряй счет времени. Утром Тир может хватиться драгоценной невесты, – напутствовала меня Игла.

Я кивнула и шагнула в огонь, обдавший жаром, словно жерло вулкана. Рубаха тут же прилипла к спине и груди, плотная ткань штанов, заправленных в сапоги, вдруг показалась вспотевшей коже ног грубой и раздражающей, а дублет, который обычно надевался под кожаную броню, и вовсе пришлось нести в руках. Однако, несмотря на жар, родная стихия дарила силу.