Книга Демоны города масок, страница 156 – Юлия Арвер

— Мансур возвращается завтра, и он уж точно это не одобрит. Но я готов помогать тебе во всем и всегда.

— Мне плевать на Мансура! – сгоряча выпалила я, но сникла под красноречивым взглядом Эрдэнэ. В нем отчетливо читалось: «Ну и дура!»

— Мансур страшен в гневе. Лучше бы тебе никогда не видеть его ярости.

— Значит, мы должны покончить с Саларом сегодня!

Я в нетерпении вскочила на ноги и заметалась по комнате, торопливо прикидывая план действий. Все мои мысли занял наместник Вароссы, не оставив там места ни для проникновенных слов Эрдэнэ, ни для ярости Мансура.

Второй советник грациозно поднялся с пола, деловито поправил халат и проговорил:

— Не мельтеши. Я знаю, кто нам поможет.

— Разве нам нужна чья-то помощь? – взвилась я. – Чем больше народу знает, тем вероятнее, что кто-то доложит Мансуру.

— Мансур чувствует, когда кто-то использует его кровь. Да, он не способен отследить, куда мы направились, но со временем обо всем догадается. По огненному коридору ты вернешься в Мирею. В Вароссу же мы отправимся с любопытным человечком. Он уж точно не доложит Мансуру. Карточный долг превыше всего. Благо, он уже прибыл в пещеру.

— Кто это? – не отставала я.

— Горный кадар.

Эрдэнэ вышел, плотно прикрыв дверь и оставив меня наедине со сказанными им словами. Я рухнула в кресло и ощутила, как мелко дрожат руки. Грудь сдавило, словно ее вновь наполнили дым и смрад горелой плоти. Кадар! Нет, я не хочу! Я не смогу даже посмотреть в глаза этому отродью! Шурым!

Минуты тянулись томительно, и я совершенно потерялась во времени, уставясь на подаренный Беркутом кинжал. Он и перережет горло Салару. Блики в начищенном лезвии так зачаровали меня, что я не заметила, как скрипнула дверь. За Эрдэнэ следовал щуплый невысокий юноша лет восемнадцати, одетый как самый обычный горожанин – в темно-серые шаровары, выцветшую, некогда черную рубаху и старенький камзол из домотканого сукна. Темные волосы до плеч обрамляли бледное, почти мальчишечье лицо, но карие глаза… они смотрели цепко, властно и… жутко. Взгляд кадара – человека, убившего своего учителя и забравшего его дар.

Я старательно принюхалась, но благодаря аромату благовоний не учуяла трупной вони. Перед глазами до странного ярко возник образ умирающего Амира и тот смрад, что исходил от его раны. Я сжала руки в кулаки, ногти впились в ладони, и боль вернула мне трезвый рассудок. Можно было бы попросить у Мауры успокаивающие капли, но сегодня я должна убить Салара, ведомая яростью и ненавистью. Ни к чему сковывать их травами.

— Это Илмар – самый молодой волхат из всех, что живут в Нараме, – представил выродка Эрдэнэ и с ухмылкой добавил: – И самый азартный.

— Твои шлюхи просто умеют уговаривать сыграть еще. А после подглядывают в мои карты, – фыркнул кадар, но при слове «шлюхи» расплылся в сальной усмешке.

Эрдэнэ не стал опровергать его слова и деловито подтолкнул малолетнего балсака ко мне.

— Амаль, ты сможешь направить нас? Тогда мы переместимся прямо в твою спальню. Время сейчас позднее. Уверен, новый наместник спит в своей… прости, в твоей постели.

Тело прошила нервная дрожь, стоило представить, что моя спальня теперь принадлежит мерзкой твари. В тех стенах, что раньше служили мне крепостью, отныне царствует вонючий ибнар.