Книга Клинки города ярости, страница 211 – Юлия Арвер

Саяр не видел двойняшек Ак-Сарин – Ярана и Ниру – уже больше трех лет. Если с Яраном они дружили с детства, то с Нирой грызлись, как две дикие собаки. Несмотря на то что Саяр восхищался такими женщинами, как его мать, Нира казалась ему глупой, капризной девчонкой, которая только делает вид, что у нее есть характер.

И вот, отсмеявшись над воеводой Миреи, отец с дядюшкой заговорили на более интересную тему:

— Подумываю предложить Тиру оставлять у нас детей каждое лето. А что? Нира замечательно подходит Саяру, а Яран – Лейле. Представляешь, если однажды кровь Нарама и Миреи соединится? Наверное, в тот день небеса рухнут на землю. Амаль считает, что это невозможно, но я верю в чудеса.

— Тебе не хватило, что с Ак-Сарином едва не породнилась твоя жена? Впрочем, ты и сам чуть не женился на Лире, – фыркнул Ратнар. – Теперь желаешь детям породниться с их семейкой?

— Я же не с Иссуром предлагаю породниться.

— К этому засранцу я за столько лет уже привык, а вот Тир как казался мне дурачиной, так и кажется по сей день. И женушка его, которая делает вид, будто не замечает похождений муженька! Дания с Рефом порвали бы меня на лоскуты, а эта молчит как рыба. Вдруг он сына вырастил таким же бабником? Не желаю Лейле такого будущего.

— Не наговаривай на ребенка. Ты видел его три года назад. Двойняшкам сейчас всего двенадцать лет, – возмутился отец.

Дальше Саяр с Лейлой уже не слушали. Они убежали, закрылись в его комнате и до ночи проговорили о подслушанном. Если Лейла не отнеслась серьезно к словам воеводы, считая, что отец никогда не выдаст ее замуж без любви, то Саяр призадумался. Матушка учила его, что благо провинции превыше блага личного, рассказывала, как сама собиралась заключить политический брак с воеводой Миреи. Рассказала даже о несчастной любви Ювхи и императора, к которому она по сей день летала в виде дракона и под покровом тайны проводила с ним ночи, прячась и от императрицы, и от прислуги.

Вспоминая слова матери, Саяр с жалостью поглядывал на Ювху – невероятно прекрасную демоницу – и не мог поверить, что ради кого-то она терпела такие унижения, а император жил с нелюбимой женщиной, потому что та из богатейшего дворянского рода Белоярской империи.

Однако, несмотря на все примеры, Саяр видел любовь родителей и не желал для себя ничего иного. В будущем он обязательно захочет жениться на любимой девушке, а не на мелкой вредине Ак-Сарин. Отец же разорвал отношения с Лирой Ак-Эрин, почему ему, Саяру, нельзя?

Лейла продолжала барабанить в дверь, пока у него не лопнуло терпение. Саяр втащил ее в комнату чуть ли не за шкирку и рыкнул:

— Чего тебе нужно? Иди на прием и улыбайся своему будущему женишку!

— Ты совсем дурак, что ли? Утром я осторожно спросила у матушки о словах отца и дяди Амира. – Лейла заговорщически понизила голос, а ее большие карие глаза хитро прищурились. – Она сказала, что оторвет голову и одному, и второму, если они попытаются свести нас с детьми Ак-Сарина. Уверена, тетя Амаль скажет так же.

— Матушка всегда учила меня, что личные желания не важны по сравнению с благом Нарама, – буркнул Саяр.

— И поэтому вышла замуж за безродного лихомора, – хмыкнула Лейла, но, завидев опасный блеск черных глаз Саяра, стушевалась. Она знала, как брат ненавидел упоминание о неподобающем происхождении, которым в воеводу Нарама тыкали все годы его правления. – Братец, ты должен пойти. Твоя матушка уже сердится. Гости приехали и расположились в обеденном зале. Ты поступаешь очень невежливо.