Книга Всадник дракона, страница 94 – Таран Матару

— Нет, – прошептала Фрида, опускаясь на землю и кладя рогатую голову чудовища себе на колени. – Нет, пожалуйста, будь сильной, любовь моя!

Джай опустился на колени рядом с девушкой. Он не знал, что сказать, и не понимал, какая связь существует между служанкой и драконом ее госпожи, но не хотел, чтобы Фрида проходила через это в одиночку.

Дракон испустил долгий вздох. Огромный бок поднялся – и замер. В глубине леса стало тихо. Казалось, даже ветер перестал шуметь.

Фрида закричала, и ее крик отчаяния казался бесконечным. Когда Джай приблизился, чтобы утешить ее, положив руку ей на плечо, девушка упала навзничь. Ее глаза смотрели невидящим взглядом, а изо рта пошла пена. Фрида скрючивалась и извивалась всем телом, барабаня пятками по земле. Джай лишь придерживал ее голову, чтоб она не билась ею о землю.

— Фрида! – позвал он, подняв девушку. Ее кожа была ледяной.

Это было не отравление – нечто другое. Зрачки Фриды расширились, превратившись в два темных круга, так что синева радужек едва виднелась. Лицо девушки было искажено страхом, неестественно кривилось в беззвучном крике, будто она видела что-то ужасное, но не могла отвести взгляд.

Затем она обмякла. На лице появилось некое подобие спокойствия, хотя оно оставалось изможденным и измученным.

— Фрида, – прошептал Джай. Он шлепнул ее по щеке, и девушка уронила голову ему на колени. – Фрида!

Никакого эффекта. Лишь поднеся пустую коробочку с трутом к ее носу и увидев, как от поверхности поднимается слабый пар, он понял, что Фрида еще жива.

Джай попытался понять, что произошло. Все случилось сразу же после смерти Йормун, и это не походило на простое совпадение. Была вероятность, что девушка отравилась, но теперь Джай понял: с Йормун была связана Фрида, а не Эрика.

Означало ли это, что принцесса не была связана душой? В этом был какой-то странный смысл. Связь со зверем и в лучшие времена была достаточно опасной. Возможно, Ивар решил не рисковать жизнью единственной наследницы ради соблюдения традиций – и устроил так, чтобы вместо Эрики душой с драконом связалась служанка.

Как бы то ни было, смерть дракона опустошила девушку как физически, так и душевно. Джай понятия не имел, что с ней будет теперь. Он не осмеливался ее тронуть, лишь развел костер, чтобы согреть ее холодное тело.

Теперь Фрида выглядела маленькой и хрупкой. Ее потемневшие от пота волосы прилипли к лицу, и Джай убрал их. Кожа девушки стала такой же бледной, как чешуя его дракона, а тени леса сделали резкие черты ее лица более глубокими.

Джай почувствовал пульсацию нити в своем сознании. Чувство… беспокойства. Он ощутил взгляд детеныша на своем затылке.

— Выходи уже, – позвал Джай.

Он не знал, почему произнес это, – малышка-дракон наверняка не понимала речи. Однако о смысле этих слов она догадалась.

Джай услышал топот лап и почувствовал внезапную тяжесть на плечах. Чешуя детеныша была горячей на ощупь, как теплая фарфоровая чашка. Юноша прислонился головой к боку зверька. Малышка радостно заурчала в ответ на его внимание, и это расслабило тело Джая, но не его разум. Столько всего произошло, что у него едва было время подумать. Что для его плана значила Фрида?

Сердце Джая бешено заколотилось. Будь он умнее – оставил бы девушку здесь. Скоро стражники Гвардии грифонов явятся за ней (или, скорее, за ее драконом). Джай подозревал, что Фрида прожила так долго лишь потому, что большинство грифонов и чамрошей разлетелись по уголкам империи, оповещая правителей, губернаторов и генералов о грядущей войне. Кроме того, мужчины были заняты тем, что насиловали и убивали половину слуг и пленников в Лациуме, лишая жизни всех степняков и свидетелей зверств, происходивших там.