Книга Из плейбоя в романтики, страница 55 – Синтия Обин

С той информацией, которую собрала, я могла бы это сделать. Реми был прав насчет этой части.

Лоу сузил глаза при упоминании имени своего брата.

— Я все еще хотел бы разорвать его пополам за то, что он сказал тебе тем утром.

— Он пытался защитить тебя, Лоу, винокурню и ее сотрудников.

— Кажется, я припоминаю, что в этом деле участвовали двое из нас.

— Но не двое из нас разделяют последствия. Вот почему я ушла. Потому что то, что я чувствовала с тобой, было реальным. И я не могла быть просто еще одним человеком в твоей жизни, который отнял у тебя что-то.

— Ты этого не сделала, — настаивал он.

Ее прекрасное тело расслабилось, и он не мог оторвать глаз от ее живота, все еще плоского под тканью платья. Она сократила расстояние между ними и взяла его лицо в руки.

— Я не уверена, что ты понимаешь, какой ты потрясающий. Подумать о том, что ты пережил в детстве, что ты преодолел в подростковом возрасте, что ты построил как мужчина. Пережить всю ту боль, через которую тебя заставил пройти твой отец. Найти место в своем сердце, чтобы простить брата, который предал тебя, поставил под угрозу бизнес, ради которого ты с трудом поднялся с колен? Ты хоть понимаешь, какой ты?

Пот выступил у него между лопатками, рубашка прилипла к спине. Он ослабил галстук и оттянул воротник от шеи. Он не привык к похвалам.

— Я хочу сказать, что ребенку повезет с отцом. Я была бы счастлива, если бы у меня был ты, Лоу. — Ее взгляд опустился, в глазах показались слезы. — Если ты все еще этого хочешь.

— Ты уже моя.

Он запустил пальцы в шелк ее волос, когда в жадном порыве завладел ее ртом. Она встретила его в порыве яростной страсти, которое заставило их обоих задыхаться.

— Нам нужно появиться внизу, — выдохнула она.

Лоу пригладил взъерошенные волосы.

— Надолго?

— Достаточно долго, чтобы услышать тосты и съесть кусочек торта.

Ее красивые, тонкие пальцы ухватились за верх его галстука, плотно затягивая узел на шее. Она смотрела на него из-под опущенных век, ее радужки светились.

— Я планирую сначала поужинать.

Наклонившись к ее уху, он провел губами по нежной мочке.

— Сегодня ты — ужин.

Она выгнула бровь, глядя на него, и взяла за руку.

— Все шесть блюд?

Лоу открыл дверь и повел их к лифту.

— Семь всегда было моим счастливым числом.

Марлоу втянула воздух, когда холодный гель хлюпнул по ее коже. Лоу, сидевший на табурете рядом с кушеткой, с большим интересом наблюдал за подготовкой к УЗИ.

— Расслабься. — Марлоу потянулась погладить его напряженную челюсть.

— Я расслаблен, — настаивал он, чуть не опрокинув поднос с инструментами в своей решимости небрежно перекинуть лодыжку через колено, а затем снова чуть не перевернул его в попытке исправить положение.

Она и врач обменялись понимающим взглядом. Увы, помещения, посвященные женским делам, редко строились так, чтобы с комфортом разместить большого мужчину.

Лоу наклонился вперед, уставившись на все еще черный экран. Прошло всего три месяца, и было еще слишком рано определять пол, поэтому Марлоу подозревала, что его волнение коренится в чем-то другом. Что тест на беременность, разглядывающим который она застала его на рассвете, на следующее утро после свадьбы Сэмюэля, сказал ему правду, но он еще не может осознать. За те четыре дня, что Лоу пробыл в Филадельфии, они редко вставали с постели. Отчасти из-за усталости после свадьбы, а отчасти из-за сверхактивного сексуального влечения, несмотря на приступы утренней тошноты, которые совершенно не охладили его пыл, хотя он придерживал ее волосы, пока ее рвало. Экран затрещал, затем наполнился роем серо-белых помех, когда врач медленно провел датчиком по ее животу. Внезапно в его центре появилась темная лужица, и датчик резко остановился.