Книга Под его защитой, страница 36 – Адалин Черно

— Уже собираюсь. А ты? Что здесь забыл в канун Нового года?

— Да вот… жену привез. Рожать.

И только сейчас Герман заметил, каким бледным был Кирилл. Осунувшимся, нервным.

— Так дело не пойдет, – произнес Святов и, поднялся со своего кресла.

Достав из загашника бутылку и стакан, он плеснул несколько глотков виски и протянул его Кириллу.

— Выпей-ка, полегчает.

Кир осушил бокал залпом и собрался налить еще, но Герман забрал у него бутылку.

— Хватит. Тебе еще ребенка принимать. Это я тебе так, для храбрости и успокоения. А не накидаться. Давай-давай, – кивнул на выход. – Шагай.

Герман вышел вместе с Кириллом. Провел его до отделения и даже поздоровался с его женой – Катей, которая выглядела не лучшим образом и на мужа смотрела волком. Герману тоже скоро предстояло увидеть такой взгляд. Всем мужчинам, решившим, что они хотят быть с женой рядом, когда те рожают, приходилось видеть в глазах любимых ненависть.

И Герман знал, что как бы Аня его не любила, в момент родов она его возненавидит. И будет говорить, что никогда больше, что никаких детей. По правде, Святов и не хотел детей больше, боялся за здоровье жены. Все-таки, кому, если не ему не знать, что роды – малоприятный этап в жизни каждой женщины.

— Ну все… – он пожал Кириллу руку. – Давай, крепись. Наберешь, скажешь, как все прошло.

— Ты к своим спешишь?

— Ага, – Святов бросил взгляд на часы.

Было уже восемь. Еще полчаса назад он должен был быть дома, но пришлось немного задержаться. И это у него в новой клинике нормальный, нормированный график, преимущественно плановые операции. И все равно задержки периодически случались.

Сегодня ему опаздывать не хотелось от слова совсем. Он спешил домой, к семье, которую обрел какой-то год назад. Вот так же, в новогоднюю ночь.

Герман вышел из клиники, сел в машину и пока прогревал двигатель, вспомнил о той, которая навсегда останется в его сердце теплым воспоминанием. О покойной жене. И сыне. Он не забыл их, но больше не позволял себе раскисать. У него теперь было целых два человека, о которых он должен был заботиться. И вот-вот, буквально через какой-то месяц, появится третий. Они с Аней не знали, кто это будет. Заранее условились не узнавать пол. Хотели по факту, так что и одежду покупали нейтральных цветов и детскую сделали такую же.

Маша, конечно же ждала сестричку. Братика ей тоже хотелось, но старшего, а это было уже невозможно. Так что она серьезно заявила, что если уж ей и придется о ком-то заботиться, то лучше уж о сестре, чем о брате.

Герман завел двигатель и тронулся домой. По пути заехал в еще работающий супермаркет, захватил ананас и пару манго. И бутылку безалкогольного шампанского. Обычное все равно никто не будет пить. Святов с недавних пор вообще не употребляет. Поначалу не пил, чтобы не шокировать Аню, чтобы не возвращать ее мысленно в те дни, когда пил муж. А потом… как-то и расхотелось.

Оказывается, когда тебе есть ради чего жить, то жизнь играет новыми красками и без дополнительных стимуляций. У него была Аня. И Маша. Ему было достаточно для того, чтобы чувствовать себя одним из самых счастливых людей.

Дверь Герман открывал своим ключом. И как только вошел, наткнулся на кромешную тьму. И тишину. Давящую на барабанные перепонки и мигом рассеивающую по всему телу тоску. Герман больше не привык быть один. Его, можно сказать, это даже пугало. Так что первые мгновения он просто окоченел, а затем, услышав шорох, у него отлегло.