Книга Измена. Жизнь заново, страница 68 – Кира Фарди

— Доченька, ты за меня не волнуйся. Мне нужно многое обдумать. Я завтра приеду за вещами.

— Ма-ма, – дочь всхлипывает, и у меня сердце просто разрывается от боли.

— Слушай, ты можешь привезти мне мои вещи сама? – вдруг предлагаю я.

— Правда? – в её голосе слышится радость. – Прямо сейчас?

— Да, я пришлю тебе координаты. Только… – делаю паузу, не знаю, как сказать Ляльке, чтобы она сохранила наш разговор в секрете.

— Я поняла. Никому не скажу, что ты звонила.

— Доченька, если ты проговоришься даже случайно, будут большие сложности.

Я заказываю ужин в номер и жду Ляльку. Не просто жду, а нервничаю. Брожу из угла в угол и поглядываю на экран телефона. Дочь появляется примерно через час. Я встречаю её в холле, забираю сумки, крепко обнимаю и прижимаю к себе. Слёзы наворачиваются на глаза.

— Мам, ну что ты! – Лялька целует меня в щеку, оглядывается и вскрикивает. – Ой, какая роскошь! Это папа тебе такой номер снял?

— Нет, не он.

— А кто?

Лялька пристально смотрит на меня, и в её глазах я читаю недоверие и осуждение.

— Хороший знакомый.

— Мам, что происходит? Вы с папой разбегаетесь?

— Фу, ну и слово ты нашла! – отмахиваюсь я. – Останешься ночевать?

— В таком роскошном номере? Конечно. А спа здесь есть?

— Не знаю, наверное.

Дочь обходит комнату по периметру, заглядывает в спальню, садится к столу Влада. Она берет в руки папку, но я успеваю выхватить ее.

— Это чужое. Пожалуйста, ничего не трогай.

— А…

Звонок в дверь спасает меня от расспросов. Официант ввозит сервировочный столик, уставленный судками и тарелками. В ведерке со льдом покачивается бутылка шампанского. Я растерянно смотрю на это изобилие.

— Простите, это не наше, вы ошиблись номером.

— Ужин заказал для вас Владислав Денисович.

Я на миг зависаю в недоумении, но ловлю внимательный взгляд Ляльки и расслабляюсь.

— Спасибо, но алкоголь заберите!

Я отдаю бутылку официанту, он кланяется, выходит из номера.

— А, так его Владиславом зовут? – подкрадывается сзади Лялька.

Я вздрагиваю, ежусь, уже жалею, что предложила ей остаться, видимо, мне не избежать коварных вопросов.

— Да. Давай ужинать.

Я открываю судочки.

— Погоди, – Лялька хмурится. – А это не тот Владислав, который знакомый бабули? Ну тот, в татуировках?

— Да, он. Ешь!

Несколько минут мы молчим. Форель, приготовленная под сырным соусом, тает во рту. Я с удивлением смотрю на дочь. Капризная в еде Лялька уплетает за обе щеки.

— Мама, и все же, когда вы с ним так близко сошлись?

— Ты забыла? Владислав отвез меня в больницу, когда мне стало плохо. А еще он купил мою картину.

— Ты из-за него ушла из дома?

— Нет.

Я медленно кладу нож и вилку, вытираю уголки рта салфеткой. В голове настоящий раздрай. Сказать ей или не сказать? Сдать отца с потрохами или не сдать? Дочь любит нас одинаково, и я боюсь, что спокойный мирок моей девочки рухнет в одночасье, когда она узнает правду.

— Это папа виноват? Он тебя обидел?

— Ляля, если хочешь, расспроси его сама.

— Уже спрашивала, он молчит и все о чем-то шепчется с бабушкой в кабинете. Иногда они ссорятся.

— Даже так? И кто кого побеждает?

— Бабушка ругает его.

Остатки вечера я думаю над словами Ляльки. На автомате моюсь, готовлюсь ко сну, и вспоминаю. Дочь давно уже спит, я лежу рядом и перебираю в памяти моменты сегодняшнего дня.