Книга Второй шанс для Фина, страница 71 – Екатерина Аверина

Она отвечает, проведя пальчиками по моим волосам на затылке. И тоже пытается говорить со мной так. Ей совсем не хочется боли. Она устала. Я всё понимаю. Только выхода нет. Мне придётся рассказать ей правду, чтобы спасти её, Весту и, возможно, наше с ними будущее, которое так отчётливо рисуется в моей голове.

Я уже в четвёртый раз переписываю заявление на Льва. Руки дрожат, и синяя паста мажет по документу. Следователь громко вздыхает, забирает у меня очередной испорченный лист и даёт чистый. Артём надёжной скалой стоит за спинкой стула, прикрывая мне спину.

Он и ночью ни на шаг от меня не отходил. После того, что я узнала, сердце будто взорвалось. В груди снежным комом нарастала сильная боль и слёзы, что я старалась сдерживать все последние дни, вырвались наружу ниагарским водопадом.

Охрипла. Голос до сих пор не слушается, а слова царапают горло.

«Не смей винить себя. Лев псих и убийца. Мы его накажем» – всё, что помимо боли осталось в моей голове после истерики.

Я стараюсь. Только Богу известно, сколько сил на это уходит – просто не винить себя. Я трачу их все.

Очередной испорченный листок смятым комком летит в мусорную корзину. Артём просит у следователя сделать перерыв и выводит меня на улицу. Прохладный осенний воздух разрывает лёгкие и режет по горлу. Дым от сигареты Тёмы заполняет и мои лёгкие. Я жадно вдыхаю его, надеясь, что хотя бы это поможет прийти в себя. Забираю у него сигарету, неумело затягиваюсь. Кашляю до слёз.

— Ну чего ты делаешь? – сигарета снова кочует к нему в пальцы.

— Я хочу увидеть, как его будут арестовывать, – прошу у Фина. – Хочу сказать ему в глаза, как сильно я его ненавижу.

— Думаю, это можно будет устроить, – соглашается он. – Увидишь ублюдка за решёткой и сможешь жить дальше, не оглядываясь на каждую проезжающую мимо машину. Пойдём добьём эту гниду?

Нервно улыбнувшись, возвращаюсь в кабинет следователя и всё же дописываю заявление. Ставлю точку. Удар шариковой ручки о стол звучит в моей голове как контрольный выстрел в грудь Льва. Прямо в его гнилое сердце. Демон будет мёртв, а я стану свободной.

Расправив плечи, поднимаюсь со стула. Артём договаривается со следователем насчёт моей просьбы. Нам обещают позвонить и не тянуть с задержанием.

Сажусь в машину. Фин обходит её. Садится на водительское. Поворачиваюсь боком и, не думая больше ни о чём, сама подаюсь вперёд. Ударяюсь об его губы, обнимая лицо ладонями. Колючая щетина щекочет кожу. Все внутренности горят. Их скручивает в узлы, и только он – моё совершенно неожиданное обезболивающее. Отодвигает своё сиденье на максимум, перетаскивает меня к себе на колени и горячо, жадно, с хрипами и рычанием забирает инициативу.

Я не знаю, что со мной. Огненный вихрь жаром проносится по венам. Наверное, я теряю рассудок от боли и пережитого страха. Не могу себя контролировать. Не хочу его останавливать. Безумие… да, вероятно, так выглядит именно оно. Парковка у здания следственного комитета. И всё, что нас отделяет от посторонних взглядов, это тонировка на боковых стёклах и стена, в которую упирается «морда» машины.

Мне очень нужно живое тепло. Я без него задыхаюсь.

Мы жадно целуемся. Дикие. С сорванными тормозами. Забывая обо всём. Царапаю ногтями его сильную шею. Артём судорожно выдыхает. В его серых глазах бушует стихия. Гроза, молнии. Они жалят меня везде, где он прикасается.