Книга Помни об этом, страница 58 – Виктория Королёва

Всё это мелькает в голове ровно за секунду, пока мы смотрим друг на друга.

— Знаешь его?

Игнат наклоняет голову в бок, цепко держит взгляд. Смотрю, молчу, крупная дрожь по телу продолжает своё шествие. Огромными глазами на него смотрю, он же прищуривается сильнее. Ему не нравится, что молчу. Но я не могу слова вытолкать, горло сдавило. Меня будто бы вернуло в вечер, когда Андрей орал на меня в моём же дворе. Все это видели и слышали, но никто не решился заступиться! Я стыд свой ощущаю. Ни виновата ни тут, ни там, но разве это сейчас доказать? Если бы могла… Я бы доказала, но нет, тело реагирует предсказуемо. Как всю жизнь. Затаиться, молчать, переждать.

— Рит, ты знаешь этого гашенного?

Оглядываюсь заторможенно. Вокруг народ нас обтекает со всех сторон. Мы у зебры остановились. Тут всегда много людей. Те, что видели эту сцену уже прошли, но мне не легче.

— Гашенного?

— Не поняла? – красивая бровь вверх ползёт, – Он обдолбанный, – поясняет сухо, как-то раздражённо.

Пугаюсь. Ещё сильнее сжимаю пальцами баночку и ручки сумки.

— Он за девочкой с работы типа ухаживает. Прохода ей не даёт. Вроде нормальный был, не знаю, что на него нашло, – быстро как скороговорку выпаливаю.

— Ясно, – сжимает губы, – идём, отвезу тебя.

Берёт за руку и за собой тянет. Не сопротивляюсь, у него большая, сильная ладонь, мне почему-то от этого спокойно становится. Хотя я только что стресс пережила, прямо посреди большого количества людей одна была, как в пустыне глухой. Отныне даже людные места становятся для меня не такими уж и безопасными. Не могу прийти в себя. Сжимаю пальцами ручки сумки до боли, как она не выпала из рук – загадка.

Переходим дорогу, спускаемся чуть ниже, я всё время тепло ладони чувствую, пытаюсь сердце утихомирить и не болтать. Боюсь, что прорвёт и понесу всякий бред. А ещё благодарность чувствую. Хочу сказать спасибо. Он не был обязан встревать, но всё равно сделал это.

У чёрный бэхи останавливаемся, Игнат к себе притягивает в мои шальные глаза заглядывает, за плечи берёт. Очередная волна тепла от рук. Мурашки побежали, под блузкой не видно, но я-то знаю.

— Так сильно испугалась? – участливо спрашивает, по лицу кружа глазами.

У меня слёзы брызгают неожиданно. Всхлипываю как девчонка. Он выдыхает и тогда обнимает, позволяя уткнуться носом в шею. Гладит, успокаивает, что-то хорошее говорит. Не слышу, в голове трезвон какой-то. Я впервые в жизни лицом к лицу встретилась с наркоманом. Вцепляюсь в парня. Близко-близко жмусь, как к родному. Страшно представить, чтобы было, если он за мной пошёл к дому, тут хотя бы кто-то был, кричать начала бы, думаю, что помогли… А что бы было там, где никого нет?

Отрываюсь, в глаза смотрю. Игнат по щеке гладит, тоже разглядывает. В отличие от меня он спокоен. Видит моё полное осознание ситуации и мягко улыбается, хотя в глазах напряжение.

— Спасибо.

Криво улыбается, кивает скупо, отпускает и щелкает сигналку. Машина призывно мигает габаритами.

— Забирайся.

Повинуюсь. Ныряю в приятно пахнущий салон и опускаюсь на кожаное кресло. Пока Игнат обходит тачку, разглядываю панель. Круто, дорого, красиво. Что ещё сказать? Пытаюсь отвлечь себя, но тщетно. Я перед глазами вижу Матвея. И да, сразу поняла, что что-то не так. Почему не стала орать, почему не стала звать на помощь сразу?! Что за глупая привычка быть тише воды?! Он ведь мог сделать всё что угодно.