Книга Спецзадание «Любовь», страница 3 – Агата Лав

После его ухода в комнате воцаряется давящая тишина. Я переступаю с ноги на ногу, пытаясь успокоиться. Это сложно, потому что проблемы копятся снежным комом. Десять минут назад мне казалось, что моя беда — это перспектива носить ненавистные линзы, а теперь… Теперь у меня есть заносчивый “брат” с грязными шуточками.

— Он всегда такой? — спрашиваю у помощницы, поднимая голову.

— Он бывает хуже, — неожиданно прямо отвечает она. — Наверное, на сегодня хватит. Я вызову охрану и тебя отвезут в отель.

— Со мной постоянно будет охрана?

— Да, об уединении можешь забыть.

К черному входу подают немецкий минифургон. Я следую за охранником, который показывает дорогу, а потом открывает мне дверцу.

Я действительно устала, поэтому толком не смотрю по сторонам. Забираюсь в мягкое кресло, кладу рядом сумочку, пристегиваюсь ремнем безопасности. Да, я из тех параноиков, которые делают это даже на заднем сиденье. Я попала в аварию и с тех пор решила, что лучше перестраховаться. Хотя из удивленных взглядов, которые я ловила от знакомых и водителей такси, можно собрать целую коллекцию.

— В “Дуглас”, — доносится чей-то приказ водителю.

Вообще-то у отеля другое название, но охрана называет его на свой манер. Я оказываюсь перед дверью своего номера через полчаса. Молчаливый бодигард, напоминающий робота, проходит внутрь первым и методично осматривает комнату за комнатой. Это занимает порядочно времени, ведь в номере можно заблудиться.

Это, наверное, люкс.

Президентский?

Или как их называют?

Я сбрасываю туфли на высоком каблуке прямо у порога и направляюсь в ванную. Мое внимание привлекает двойная раковина, которая идеально бы подошла для супругов. На столешнице из камня стоит стопка белоснежных полотенец с фирменным лого отеля. Я беру верхнее и подставляю его под струю теплой воды. Нужно снять макияж. А то я едва узнаю себя, на меня нанесли не макияж, а театральный грим. Или телевизионный. Я слышала, что для телека красят так, что без специальных средств потом не смоешь.

— Как будто отфотошопили, — выдыхаю, поворачивая голову из стороны в сторону.

Я умываюсь, потом осматриваю шкафчики в поисках домашней одежды. На глаза попадаются только махровые халаты. Я примеряюсь к тому, что поменьше, но доносящийся из-за двери голос охранника отбивает всякую охоту раздеваться, а потом идти в одном халате через весь номер. Посторонние мужчины меня смущают.

— … слышал новости? — говорит тот же голос. — Завтра Смирнов прилетает. Будет нами командовать, его главой службы безопасности поставили.

— Да, слышал. Его из Хмеймим вызвали, он злой как собака.

— Значит попадем под горячую руку.

— Без вариантов, — слышится усмешка. — В гробу он видел охрану богатенькой девчонки.

Когда я выхожу, голоса стихают. Хотя мужчины ни в чем себя не стесняют. Они расположились в мягкой зоне рядом с электрическим камином: на низком столике стоят два раскрытых ноутбука, целая упаковка энергетиков и меню из местного ресторана. Один из них — с наушником, который свисает с уха, как сережка — поворачивается ко мне и кивает с легкой улыбкой, словно чувствует мою нервозность.

— Спальня в самом конце. Справа.

— Спасибо.

Я ухожу, держа в руках халат, который взяла на всякий случай. Правда, в спальне оказывается одежда. Пижама кофейного цвета лежит на кровати, а рядом находится чехол с ярко-желтым стикером. На нем размашистым почерком кто-то написал “Надеть утром. Аксессуары в коробке на тумбочке”.