Книга Случайный брак с магнатом, страница 52 – Агата Лав

— Полина, – он тяжело выдыхает.

И это тоже царапает меня.

В его голосе нет угрозы, но есть толика снисхождения.

— Ты выбрал отличный момент, чтобы довести меня, – бросаю на эмоциях и снова толкаю его. – Хватит, Стас, я и так едва сдерживаюсь. Я не понимаю, чего ты добиваешься! Неужели этот вечер так важен? А если и важен, я все равно всё испорчу в таком состоянии!

Мои слова падают в пустоту. Я вижу по глазам Стаса, что он не слушал, а всего лишь дал мне выплеснуть негодование. Он продолжает вести свою игру. Он не отпускает меня, но чуть отклоняется. И дотрагивается до моей голени… Я не успеваю ничего сделать, как его пальцы ныряют под платье и уверенно уходят наверх. Марков интимно касается меня, словно он на самом деле мой жених.

— Стас, – у меня выходит нервная мольба. – Что ты делаешь?

Это каток, а не мужчина.

Его мягкость, предупредительность, деликатность слетают, как тонкий слой позолоты. Остается только сила, которую я увидела в нем, когда он говорил с Авериным.

— Смотри на меня. – Он кладет вторую ладонь на шею и фиксирует меня на месте. – Смотри, Полина.

— Нет, Стас, я прошу тебя…

Я сжимаюсь в тугой комок, чувствуя, что вот-вот… что он близко…

Это происходит.

Его крепкие пальцы набредают на мои шрамы.

Меня бьет током в ту же секунду, я дергаюсь и лишь убеждаюсь, что не могу ничего поделать с его хваткой. Марков медленно и осторожно проводит по моей искалеченной коже, лаская, и продолжает смотреть прямо в глаза.

— На моем лице есть отвращение? – спрашивает он с холодом.

— Стас. – Из моей головы просто-напросто вылетают все остальные слова.

Происходящее закручивает жестокую бурю в моей груди. Я впиваюсь пальцами в его локоть, но это не помогает. Его широкая ладонь лежит на моем бедре под платьем, а воздух между нашими лицами становится густым. Им трудно дышать. Он щекочет горло и падает тяжелым грузом.

— Я видел твои шрамы. На фотографиях и вчера, когда ты примеряла платья. Я трогал тебя. Трогаю, – он произносит это слово и массирует большим пальцем мою кожу. – Мне не противно, Полина. Всё как раз наоборот… Я хочу тебя.

Меня хватает только на то, чтобы замереть. Я выбилась из сил, физических и моральных, и просто жду, когда он закончит. И он убирает свою ладонь с моего бедра. А потом поднимает ее к моему лицу и стирает сбежавшую по щеке слезу.

— Ты жестокий, Стас, – бросаю ему.

— Мы уедем, – он снова говорит ровным спокойным голосом. – Но не давай Ольге власть над собой. Не надо, Полина. Ее выходки не стоят твоих слез.

Мы и правда уезжаем. Я толком ничего не вижу вокруг. Стас тоже куда-то девается, я остаюсь в окружении его охранников и помощников. В их плотном кольце я спускаюсь на парковку, а оттуда меня забирает иномарка.

Мы возвращаемся в загородный дом. И на этот раз я по-другому воспринимаю высокий забор и ворота из толстых витых прутьев. Я переживаю из-за всего случившегося и не могу отогнать плохие мысли. Мне трудно принять то, что Марков позволил себе. Может, в его жестоком мире так принято, но я не привыкла к подобным методам. Он зажал меня, сковал силой и запустил ладонь под мою юбку.

Поэтому его дом начинает казаться золотой клеткой.

А в голове всплывает вопрос Нила Аверина: «Полина, вы же хорошо узнали этого человека?»

Правильный ответ – нет.