Книга Новая жизнь для Лизы, страница 60 – Аврора Давыдова

— Моя пижама. – смотрю на разбросанные вещи, тянусь к ней, прошу рукой подать.

На лице Демьяна появляется выражение, «серьёзно, ты собралась спать со мной в пижаме». Его бровь в привычном жесте летит вверх, а губы кривит ухмылка. Он просто заворачивает нас в тонкое одеяло, плотней прижимая к себе. Улыбаюсь, уткнувшись во вкусно пахнущую грудь, и засыпаю.

«- Лизун, Лиз, Лиза… - верчу головой, слыша спокойный и ровный голос мужа.

Всё тот же лес, холодный, тёмный и страшный, только в этот раз верхушки вековых деревьев едва трогает рассвет. Вой, чмяканье, смех, всё ещё слышны, но уже издали.

— Мотя, милый, я здесь! Матвей! – кричу, зову. Пока не чувствую на своих плечах, холодные прикосновения. Муж разворачивает меня к себе, целует губами в лоб, от ледяного касания пробирает озноб.

— Ты должна бежать, драгоценная моя, спасаться. Уже близится рассвет, скоро всё кончится. Солнце взойдёт, и всё кончится. Ты моя умница, ты всё делаешь правильно. Только ты должна бежать. – шепчет муж, но голос неживой, такой же холодный, как его дыханье и прикосновенья.

— А если я не хочу бежать? Если перестать бегать, а остаться, бороться? – спрашиваю надрывно. Мотя хмурится.

— Всё, чего я хотел, в своей жизни, это сделать тебя счастливой. Чтобы ты была счастливой, Лиз, чтобы получила жизнь, о которой мечтала, и… безопасность. Ты счастлива, Лиза?

— Я… - запинаюсь, медлю с ответом. – не знаю. Я хочу по-о-бо-о-роться. – меня знобит в его объятьях, при каждом выдохе пар изо рта. Тело передёргивает, собирая остатки тепла.

— Ты должна выжить, ради меня, Лиза, любой ценой. – строго проговаривает муж и резко отталкивает от себя.

Попадаю в другие объятья крепкие, хваткие, но невероятно теплые. Греюсь в них, отогреваю не только озябшее тело, но и промозглую до костей душу. Силуэт мужа исчезает, растворяется, превращаясь в утренний туман.

— Мотя! – зову его в последний раз.

— Я всё сказал. – грубый, нечеловеческий голос, не мог принадлежать моему, некогда горячо любимому мужу. Но мне уже всё равно, я согреваюсь»

Действительно тепло, очень тепло, я бы даже сказала жарко. И-и-и…

— М-м-м-гм-гм… - стон вырывается из горла, вместе с прокатывающейся по телу негой.

Хватка на бёдрах крепче, а по клитору бьёт язык.

— Ш-ш-ш… а-а-х-х-х… - скриплю, сквозь сжатые зубы.

Язык смачно проходится от серцевинке, до самого клитора, вновь ударяя по нему. Готовлюсь открыть глаза, и почти делаю это, как в моё уже подготовленное лоно плавно входит твёрдый член. Очень медленно, и очень не торопливо. Распахиваю веки, моргаю затуманенными после сна глазами. Встречаюсь с тёмными космическими. Целую наглую ухмылку, ощущая на губах свой собственный вкус.

Демьян совершает ритмичные толчки, не торопится, растягивает удовольствие. Размеренно поглаживает жемчужинку, в такт со своими движениями. Тянусь ещё за одним поцелуем. Люблю этот утренний, ленивый секс. Когда не только сам процесс, но и удовольствие не пронзительно острое, а необыкновенно чувствительное. Проходится по телу миллионами бабочек, вылетая тягучими сладострастными стонами, смешиваясь со скупыми мужскими.

Демьян нависает надо мной, облокотившись. Целует глаза, нос, губы.

— Доброе утро. – хрипит, гипнотизируя глазами, голосом, улыбкой.

— Точно, доброе. – улыбаюсь в ответ. Плотней притягивая к себе мужчину.