Книга Догонялки. В постель к незнакомцу, страница 72 – Аврора Давыдова

Мы обнялись в прихожей, и я покинул родительскую квартиру, мама не закрывала дверь, ждала со мной лифт, старая привычка любой матери, следить за ребёнком пока он не исчезнет из поля зрения. Едва створки разошлись, впуская меня в кабину, я услышал за спиной её робкое.

— Как её зовут? — зашёл в лифт, развернулся к ней лицом и ответил.

— Лисичка. — мама широко улыбнулась и закивала, двери закрылись, унося меня вниз, по ощущениям в пропасть.

Ромка махал перед моим лицом рукой, и по губам можно было понять, что, что-то пытался мне донести.

— Ты бл*, меня слышишь вообще, — не сильный толчок кулаком прилетел мне в лоб. — да, что за эпидемия, Ник, ходит весь сам в себе и ты туда же. Его хоть понять можно, он на своей Олеси был столько лет повёрнут, тут так быстро не отпустит, Дима, ты то куда. Я уже честно боюсь с вами рядом находиться, вот так не замечу, и меня тоска загрызёт.

— Ромыч, а ты хоть раз влюблялся? — перебил поток его мыслей.

— Говно вопрос, ты чё не помнишь, в девятом классе, в Ленку Кузьмину, — я нахмурился, пытаясь вспомнить, кто это. — Ну, ты чё, Диман, ну на параллели с нами училась, сисястая такая была, у неё ещё раньше других сиськи выросли, а потом как ещё выросли, огого… — Ромка, руками показывал, какие сиськи были у напрочь забытой мной Ленки.

— На себе не показывай, — подстебнул его, он быстро стряхнул с себя, избавляясь от невидимых сисек.

— Ты это к чему сейчас спросил.

— А к тому Рома, не смейся над другими, и над тобой не будут смеяться. — друг прищурился, а я перевел стрелки на Ника. — Никите тяжело, он переживает это, как может, как умеет, а ты глумишься.

— Да, накой мне такие качели, лучше уж так, для траха… — он перебил сам себя, — кстати, об этом, спасибо, твой Верховцев, должен принять нас с Соней завтра.

— Вас с Соней, — переспросил с легкой издёвкой.

— Да нас, я же тебе говорил, она скоро станет свободной, а у меня планы на неё большие, — друг поиграл бровями.

— Скоро и тебя Ромыч накроет, мы подождем.

— Типун тебе на язык, — для убедительности, он даже поплевал через плечо и постучал по дереву.

Ник завалился в мой кабинет вечером среды, с двумя бутылками виски, и жалким подобием улыбки. Без лишних слов, я взял два бокала и упал на диван, брякнув стекляшками о стол.

— Третий давай, сейчас наш генеральный заявиться, носом чую, он учует, что мы бухаем без него.

— Сам возьмет, — устало парировал я, — после шести вечера, я на него не работаю, до девяти утра следующего дня.

Первый бокал мы осушили почти залпом, молча, каждый был погружён в свои мысли и запивал именно их. Едва нам удалось пригубить второй, как дверь распахнулась, явя нашему закрытому мероприятию, кинутого нами друга.

— Я введу штрафные санкции за распитие спиртных напитков на рабочем месте.

— Себе первый штраф выпиши, — велел ему наш всезнающий начбез.

— Хорошо, — развивал свою мысль Ромка, — за распитие спиртных напитков без участия генерального директора фирмы.

Он взял бокал, дунул в него, избавляясь от невидимой пыли и налил себе полный. Мы, не переглядываясь, синхронно с Никитой, осушили по второму, всё так же в полной тишине.

— Что, дела пизд* как плохи, — Ромыч переводил взгляд от Ника ко мне и обратно.

— Пизд*, — выдохнул Ник, — она просит время, ещё время, куда ещё то. Моя ревность не даёт ей спокойно жить, так не давай повода и живи спокойно, — прикрикнул он.