Книга Развод. Ты мне (не) нужна, страница 21 – Ирина Чардымова

— Да, я работала няней в доме Гордеевых. — Уверенно ответила она.

— Валентина Геннадьевна, суд предупреждает вас, что согласно статье 307 Уголовного кодекса вы несёте ответственность в случае дачи ложных показаний. — Предупредила её судья. — Вы действительно работали няней в семье Гордеевых?

— Да. — Снова уверенно ответила она.

— И как долго? — задала судья новый вопрос.

— Почти полгода. Как только у Игоря Николаевича родилась вторая дочь. — Снова уверенно ответила она. — Игорь Николаевич аргументировал это тем, что у его жены были тяжёлые роды и ей тяжело справляться с малышкой. Но позже я поняла, в чём тут дело.

— И в чём же? — задал вопрос уже адвокат.

— В том, что Надежда Андреевна совсем не занималась ребёнком. Она могла уйти из дома на несколько дней. А когда приходила, то была часто в невменяемом состоянии. — Рассказывала она про меня сущие небылицы.

— Но Игорь Николаевич только что утверждал, что к ним была вынуждена переехать его мама, чтобы помогать с ребёнком. — Задала вопрос судья.

— Да, всё верно. Но Ольга Константиновна человек в возрасте. И ей очень тяжело справляться с грудным ребёнком. Тем более что Вера очень капризная девочка и часто не спит ночами. — Рассказывала свидетель.

— Но это не правда. — Тихо обратилась я к своему адвокату.

— Суд вас обязательно выслушает. — Ответил мне он.

— Кроме того у супругов Гордеевых есть ещё одна дочь, Марина, ей четырнадцать лет. Она подросток и за ней тоже нужен глаз да глаз. — Продолжила рассказывать небылицы Валентина.

— Валентина Геннадьевна, а как вы можете охарактеризовать Надежду Андреевну? — спросил адвокат.

— Да как? Никак? Безответственная мамаша, которой абсолютно плевать на детей. — Фыркнула свидетель. — Ну ладно, Марина ей не родная дочь. Но Вера родная, да ещё такая маленькая. Вот и Игорь Николаевич надеялся, что если у его жены появиться свой ребёнок, то она возьмётся за ум. Бросит пить, гулять и начнёт ночевать дома. Но этого не случилось. — Она сделала театрально грустное лицо. — Да малышка уже меня за маму считает, ручки ко мне тянет. Причмокивает, когда я её смесью из бутылочки кормлю. — А для правдоподобности ещё и слезу пустила.

Да и у меня, едва она заговорила о Верочке, по щекам ручьями полились слёзы. Маленькая моя, родная, как она там без меня? А что, если я её никогда больше не увижу?!

От этих мыслей у меня защемило сердце, и стало так больно внутри, что я с трудом сдерживалась, чтобы не закричать, что это всё наглая ложь!

— Свидетель, — обратилась к ней судья, — в каких отношениях вы находитесь с ответчиком?

Надежда

В зале повисла тишина и наша так называемая няня почему-то не торопилась давать ответ.

— Свидетель. — Вновь обратилась судья к девушке. — В каких отношениях вы находитесь с ответчиком?

— Протестую! — адвокат моего мужа резко вскочил с места. — Ваша честь, данный вопрос не имеет отношения к делу, так же, как и личная жизнь свидетеля.

— Протест отклоняется. — Спокойно резюмировала судья. — Свидетель, отвечайте на заданный судом вопрос.

— Ну… Э-э-э… — замялась Валентина. — Я, понимаете, я. — мямлила девушка, периодически глядя на Игоря и его адвоката. — Согласно статье 51 я имею право не отвечать на данный вопрос. — Тут же оживилась она.

Словно покопалась там у себя в голове и нашла давно забытую информацию, а может сказанную когда-то адвокатом, но пропустившую мимо ушей. А вот сейчас понадобилось что-то отвечать, и достала она из уголков памяти запылённые знания.