Книга Истории трех галактик. На мягких лапах, страница 13 – Анастасия Ольховикова

Отказ от задумки Джеймса она выразила в довольно жесткой форме. На ее беду, после встречи с ненаглядным она согласилась перебраться жить на территории чужого рода, а потому сбежать, когда стоило это делать, не получилось. Хуже всего оказалось то, что поведение подруги никак не вписывалось в продуманную стратегию Джеймса. Кису решили воспитывать. Ошейник, который затянули на ее шее, приковав к стене в спальне будущего мужа ничего не подозревающей девчушки, она тоже запомнила на всю жизнь. И один–единственный раз, когда она позволила леопарду взять над собой верх, не показывая в ответ никаких чувств, тоже. То была ночь полного разочарования. Инга сама искупала себя в той грязи, на которую по глупости когда–то согласилась.

Спасение пришло в виде разъяренного Барса. Пусть в своей животной форме он не превосходил ни одного из леопардов Джеймса, дикая злость за то, что обидели подругу детства, сыграла свое дело. А уже освободив Ингу, он получил подкрепление в виде неконтролируемой ярости черной пантеры, которую та с удовольствием выплескивала на всех, кто, так или иначе, потворствовал Джеймсу. Именно после этого им и пришлось бежать. Бежать за сотни световых лет с места, ставшего для Инги олицетворением падения.

— Зачем ты прилетел, Джеймс? – спокойно, не выдавая волнения в голосе, спросила Киса. Она знала: если что–то пойдет не так, обязательно вмешается Рид. С тех пор, как она дала ему зеленый свет, ненавязчивый запах зеленой травы, окружающий подземного, приятно щекотал ноздри кошки, и за свою сохранность она была спокойна.

— Чтобы вернуть тебя, – глубокий голос с завлекающими бархатными интонациями звучал без единой тени сомнения в том, что результат придется хозяину не по душе. – Думаю, прошло достаточно времени, чтобы мы оба поняли, как тяжело нам жить друг без друга.

— Думаю, прошло достаточно времени, чтобы ты попытался обучить свою молодую невесту нехитрым премудростям, доставляющим тебе особое удовольствие, – не повелась ни на единое слово Инга, начиная заводиться. Что–что, а самоуверенность бывшему возлюбленному никогда не изменяла.

— Ты все дуешься, – понятливо кивнул леопард, и Кисе стоило огромных трудов не расцарапать его лицо прямо в антикварной лавке. А еще руки сильно чесались разбить о его череп одну из расписанных напольных ваз. Жаль было предметов искусства – регенерирующая голова Джеймса точно не оценила бы их роли в судьбе оборотня.

— Я не дуюсь, Джеймс, – Инга покачала головой. – Я сказала тебе свое окончательное и бесповоротное «нет». Я продолжала говорить его даже тогда, когда ты, посадив меня на цепь, уговаривал вступить с тобой в близость. Ты думаешь, с тех пор, как ты указал мне мое место, что–то изменилось? Хотя, пожалуй, перемены все же произошли. Теперь у меня есть свой дом, Джеймс. Мне больше не нужно стыдиться перед родней позорного бегства от леопардов с сорванной цепью на шее. Меня больше не будут смешивать с нечистотами за то, что спуталась с несвободным метаморфом. Отныне я сама – хозяйка своей жизни.

— Под домом ты подразумеваешь забегаловку, в которой собралась устраивать развлекалово для оборотней? – она внутренне содрогнулась: если леопард знал о клубе, значит, мог сотворить какую–нибудь гадость.

— Это уже не твое дело, Джеймс.