Книга Лилит, страница 77 – Елена Романова

Но уж на Антона можно положиться. Он одним своим видом бесил Мишу, поэтому беспокоиться не стоило. Миша подкараулил его, когда тот вылезал из-под обломков с битком набитой сумкой.

— Опа-на! Старый дружок пожаловал, – Антон сказал это смело, даже слишком. – А ты всё такой же, только рожа страшнее стала. Вот ведь как мир поменялся. Теперь таких уродов пруд пруди.

Миша ухмылялся. Он собирался растянуть удовольствие.

— И ты не меняешься. Как был трусливым воришкой, так и остался. Что там у тебя? Деньги? Золото? Или ты ради пачки чипсов забрался под обломки?

— Ну, я не привередничаю. Беру всё, что под руку попадётся. Считай благое дело, ведь нужно ж кому-то расчищать это, – он кивнул на разрушенный дом.

— Да уж. А ты не боишься, что тебя поймают и накажут?

— Кто? – Усмехнулся Антон. – Или ты ментом заделался?

— Скорее тем, кто очищает мир от такого непотребья, как ты.

В этот момент Миша с удовлетворением отметил, как зрачки Антона стали наполняться ужасом. Ведь прямо на глазах Мишино лицо преображалось.

— Э-э-это что т-т-такое, – вот уж никогда раньше Миша не замечал за Антоном заикания.

— Это всего лишь моё новое обличие. И оно мне очень нравится.

Антон попятился, но Миша с лёгкость его догнал и преградил путь. Мишины руки зажали коротышкину шею.

— Отпусти, – прохрипел тот, выронив из рук пакет с украденным.

— Ну-ну. Ты куда-то спешишь? Смотри-ка, всю добычу растерял. Что-то ты замолчал. Слова что ли все позабыл? Так я тебе напомню.

Миша сжал шею Антона так сильно, что лицо несчастного сначала покраснело, а потом начало синеть. Миша ослабил хватку. Его длинная бородка болталась прямо перед глазами Антона.

— Ты меня из-за этой? Из-за Лизки? Я не хотел. Прости, прости! – Антон захныкал как ребёнок. Маленький, обиженный мальчик, которому страшно, но никто не придёт ему на помощь.

— Просто ты меня всегда бесил. А сейчас у меня появилась возможность тебя прикончить. Знаешь, твоя смерть далеко не первая на моём счету, но, я уверен, она доставит мне самое большое удовольствие.

Антон, то ли от страха, то ли от безысходности, дёрнул Мишину бороду так сильно, что Миша ударился подбородком о коротышкино темечко.

— А вот это было зря! – Рыкнул Миша. Антон уж и сам это понял, но всё равно его бы ничего уже не спасло. А этот порыв лишь приблизил неминуемое.

Миша с особой нежностью обхватил Антонову шею своей пятернёй, приподнял парня в воздухе и одним махом сжал кулак. Шейный позвонок хрустнул, Антон упал замертво.

Испытал ли Миша удовлетворение? Пожалуй, да. Но его было слишком мало, чтобы насытиться. Больше всего Мише нравилось смотреть в глаза жертве, когда та осознавала неизбежность смерти и теряла всякую надежду. Это придавало уверенности в том, что он, Миша, всемогущий. Почти такой же, как Аполлион.

А пока Миша развлекался в ожидании назначенной встречи с дьяволом, Лилит просто с ног сбилась, подыскивая подходящее место. Хорошо, что она могла перемещаться по воздуху, но даже такое умение не очень-то помогало, потому что её голова просто разрывалась от постоянного напряжения. Ведь для применения силы нужно полное сосредоточение. А оно даже на несколько минут давалось тяжело. Что уж говорить о часовых перелётах между городами и сёлами.

А ещё Лилит очень мешал всеобщий хаос. Ураганы сбивали её, в полумраке было трудно ориентироваться, а вечный дым от пожаров раздражал слизистую глаз. И ведь не надоело Ему. Нет, Лилит не смела осуждать решения того, кто создал её, кому она принадлежала, и кого она сама пригласила. Но всё же это было несерьёзно. Почему нельзя сразу убить всех неверных или сделать их рабами? А членов общества наградить за преданность?